Звонкое цоканье её высоких каблуков неприятно бьёт по моим нервам. Будто разрядом электрического тока.
Стою, прижавшись к стене, и чувствую себя оплёванной. Полным ничтожеством. Да что уж там… мусором из какого-то вонючего помойного ведра. Мне хреново настолько, что даже зареветь не получается. Такое ощущение, что меня охватил нервный паралич… но при этом тело почему-то трясёт от противной мелкой дрожи.
Слышу, как сверху меня зовёт заведующая Лизавета Сергеевна.
— Диана! Ты где там застряла?
Я вздрагиваю и словно просыпаюсь.
Уронив с головы стаканчик, бегу в туалет и наспех смываю с лица кофейные потёки. Когда возвращаюсь в гардеробную, Лизавета Сергеевна с удивлением спрашивает:
— Ты чего такая мокрая?
— Да там на лестнице… — я запинаюсь и скомканно заканчиваю: — …у меня просто кофе выплеснулся. Случайно.
Втягивать заведующую в свои проблемы я не хочу. Всё равно она ничего со звёздами модельного бизнеса сделать не может. Ни повлиять, ни отштрафовать… Да и вопрос с расстановкой приоритетов у начальства везде одинаково решается — что в детдоме, что в магазине, что тут.
Как говорится, кто выше, тот и рулит.
Хотя, если бы эта чокнутая Инесса выдрала мне клок волос, то такое вредительство я бы спускать не стала. Заявление бы на нее накатала, и плевать на последствия.
Блин, и надо же было мне вот так в первый же день со склочной моделькой столкнуться! Надеюсь, она меня не запомнила…
К сожалению, мои надежды не оправдываются.
На следующее же утро, когда я забегаю в главную комнату фотосессий с охапкой разноцветных летних парео для купального сезона, Инесса замечает меня сразу.
Она позирует перед фотографом в одном откровенном бикини телесного цвета. И кажется в нем абсолютно голой из-за того, что ткань сливается по тону с кожей. Вокруг нее вертится худощавый сутулый стилист с томными манерами и бормочет:
— Так, волосы вперёд надо… вот эти три локона хорошо смотрятся, ага… О, ты восхитительна! Впрочем, как и всегда.
— Глянь, Вадик, — насмешливо кивает на меня рыжевласка, — какая новая ассистентка у нас! Красотка, да?
Она издает звонкий издевательский смешок.
Стилист равнодушно оглядывается через плечо. Я вижу, что ему плевать и на меня, и на мою внешность, но пассаж капризной «звезды» пропустить мимо ушей он не может. И поддакивает ей, в притворном ужасе закатывая глаза:
— Какое убожество! Очки такой безвкусной формы нужно запрещать на законодательном уровне.
— Вот именно… — капризно тянет Инесса.
