— Я готов к наказанию, сладкая, — придвинувшись к жене, поднимаю край одеяла и скидываю его в ноги. Обнимаю за талию, припечатывая к себе. Алиса запрокидывает голову, глядя мне в глаза. Не пытается оттолкнуть, хотя я, грешным делом, решил, что воспитывать меня будут воздержанием. Не угадал. Лиса ласково касается кончиком языка моего только что побритого подбородка, облизывает вдоль скулы, шумно втягивает воздух.
— Так лучше, — мурлычет она. — Вкуснее.
Моя прекрасная. Обхватываю её губы своими и проталкиваю язык в сладкую полость.
Опустив ладони на упругую задницу, сминаю с такой жадностью, словно секса у нас не было, как минимум неделю.
— Голенькая, приготовилась, моя тигрица, — удовлетворенно замечаю резко севшим голосом.
Возбуждение от жаркого поцелуя, созерцания и тактильного контакта с сексуальной провокаторшей, мгновенно вскипает в венах, охватывая мышцы напряжением и набухая в паху внушительной тяжестью. Алиса обнимает мои бедра длинной стройной ножкой, максимально раздвигая свои.
Вздувшая эрекция упирается в раскрытую промежность, медленно движется вдоль нежных складочек.
— Хорошая моя, — хриплым шепотом бормочу в горячие губы, прихватываю нижнюю, слегка зажимая зубами. — Влажная такая… дикая распутница, — глажу её налившуюся грудь, очерчивая ореолы торчащих сосков. Алиса издает призывные сводящие с ума гортанные звуки, прогибается, трется, как голодная кошка о мой твердый ствол. — Наказание мое… или награда, — низко смеюсь, толкаясь скользкой от её смазки головкой в бархатистый вход.
— Наказание, — с придыханием отзывается Лиса, резко отпрянув и не позволяя мне войти. — Придется потерпеть, любимый.
— Что за игры, tatlim, — предостерегающе рычу я, рывком притягивая её бедра обратно. Она упирается в мои плечи, в широких возбужденных зрачках сверкают насмешливые искры.
— Сегодня мое удовольствие на первом месте, — заявляет Алиса, дотрагиваясь пальчиком до моих губ, лениво обводя их контур. — Как минимум, дважды, а потом… может быть, я позволю… — она откровенно издевается.
— Сначала хочу твой язык, — шепчет прямо в губы.
— Вылизать тебя, сладкая? — опустив руку между нашими телами, нахожу набухший клитор, натираю его по кругу шероховатой подушечкой.
— Да…
— А потом оттрахать? — проникаю сразу двумя пальцами в мокрую пещерку, улавливая волны дрожи, расходящиеся по изогнувшемуся телу Алисы.
— Да… — и снова согласие. Она стонет, разводя ноги шире, насаживаясь глубже.
