— Знаешь, каким было любимое развлечение Дамира? С периодичностью в месяц или два он давал мне в руки пистолет и только одну пулю из изготовленной специального для меня партии. Мой любимый требовал, чтобы я вставляла её в обойму и крутила барабан, а потом подносила дуло к своему виску и спускала курок. «Твоя судьба в руках Аллаха», — говорил он, — «А твоя воля — в моих». И он был прав.
— Нет, не прав. Не прав, Эва, — Лиса отчаянно пытается мотнуть головой, с каждым словом Ястреба все больше поддаваясь панике.
— Как считаешь, что мешало мне выстрелить в него? — с хладнокровным больным любопытством спрашивает Эва.
Поддев подбородок Алисии дулом пистолета, она заставляет её посмотреть на меня. И я падаю в эти голубые озера, объятые смертельным штормом. Шайтан, столько агонии и отчаянного ужаса я еще в них не видел. Нет, девочка, не позволяй этой суке забраться тебе в голову. Ей нужно именно это. Твоя боль, страх, страдание — все то, что она давно разучилась чувствовать.
— А что тебе мешает выстрелить в Амирана? — вопрос заставляет tatlim дернуться всем телом, словно это её тело только что прошила автоматная очередь.
Зрачки заполняют почти всю радужку, искусанные в кровь губы дрожат, но несмотря на боль, страх и агонию, пытаются сложится в ободряющую улыбку. её никто не видит, кроме меня, и только я знаю, каких душевных и физический мучений Алисе стоит это простое движение губ.
— Любовь, — сквозь слезы, выдыхает tatlim.
— Так кто из нас болен больше? — покровительственным сочувственным тоном отзывается Эва, добравшись до своей личной минуты славы.
Это её финальный триумф, затмивший кратковременное удовлетворение от гибели тех, кто своими жизнями проложили её путь к победе.
Пройдет еще много лет, будут написаны бесчисленные тома уголовных дел, расследованы сотни новых деталей, опрошены десятки выявленных свидетелей, но, мы так никогда и не сможем до конца осознать и прийти к единому мнению — как ей удалось? Как одна сумасшедшая женщина едва не поставил на колени целое королевство?
— Любовь — это не болезнь, — уверенно произносит tatlim.
"
"— Согласна, Алиса, — не оспаривает Эва. — Это выбор. Однажды твой муж сделал свой, не спросив, нужна ли тебе его любовь. Теперь твоя очередь. Выбирай, Алисия, выбирай умом, и не обольщайся, рассчитывая, что смерть избавит тебя от угрызений совести. Ты не умрешь, я убью только его отродье внутри твоего тела и сотру с лица земли то немногое, чего ты смогла добиться.
