— Ни в чем себе не отказываешь. Запреты касаются только меня. Тебе ничего это место и ситуация в целом не напоминают?
— Нет, — отрицает он. Ложь, откровенная, гнусная.
— Нравится превращать наши жизни в ад? Кайфуешь от этого? Не надоело?
— Ты будешь указывать мне, что делать? — расправляя плечи, Амиран становится еще больше. Возвышается надо мной, обволакивая мощной подавляющей энергетикой.
Стоять рядом с ним, все равно что топтаться у подножия вулкана, который вот-вот рванет и закатает все твои амбиции в лаву и пепел.
Ран резко опускает взгляд ниже уровня моего лица, ведет по линии плеча, опускается к груди и выступающим через хлопковую ткань халата очертаниям сосков.
Из его груди рвется едва различимый рык, когда взор Мира ловит мое учащенное дыхание и заострившиеся камушки в эпицентре набухших ореол. В ответ на картину моего откровенного вожделения, Ран собирает в кулак волосы на моем затылке и тянет всю вверх на себя, к своему лицу, заставляя меня привстать на цыпочки. Барная столешница, разделяющая нас, больно врезается в мои ребра.
Холодная преграда не мешает мне ощутить безумный коктейль эмоций от жесткой, разрушающей близости.
— Именно, Амиран. Именно я буду указывать, что тебе делать, — выдаю по слогам в изумленную физиономию мужа.
Хватка в моих волосах ослабевает, и воспользовавшись форой, я подношу виски к губам и специально пью так, что содержимое стакана сексуально стекает ручейками на моей шее, груди, ныряет в вырез халата. Пока Амиран ошеломленно наблюдает за моей эксклюзивной шоу-программой, я, пользуясь моментом, выбиваю из руки мужа стакан с явно лишним алкоголем.
Следом, не сводя с мужа воинственного взгляда, сталкиваю со столешницы неполную бутылку.
— Избавляю тебя от соблазнов, любимый, — вторая закупоренная бутылка тоже летит на пол.
Аккомпанементом к моему сольному выступлению служит лязгающий и дребезжащий звук бьющегося стекла и гневное рычание Амирана.
— Будешь ждать, пока не разобью к черту весь мини бар?
— Ты совершенно спятила? — с шипением выдыхает около моих губ Амиран.
Горячее дыхание мужа леденит и будоражит кровь одновременно. Все тело будто иглами кайфа пронзает от его близости. И молниями страха буравит насквозь всю, когда в глаза смотрю его буйные, потемневшие, обезумевшие.
— Повторим наш танец, Амиран? — надеюсь, он не забыл, насколько опасна я бываю с заостренным предметом в руке. Схватив с барной стойки осколок от бутылки, выставляю его между нами, в целях самозащиты.
