– А чего милиция Ромкой заинтересовалась? – перебил он самого себя. – Упал человек неудачно... Или, по-вашему, его специально наркотой накачали?
– Собственно, я ищу его приятеля. Бородка клинышком, живет где-то в районе Владимирского проспекта.
– Нет, – немного подумав, покачали головами все трое. – Никогда такого не видели. Ромка целыми днями по улицам болтался, от нечего делать, – пояснил Щеглов. – Знакомых у него столько... в основном всякая шушера. А этот парень натворил что-нибудь?
– Ничего особенного.
– Так Ромка сам упал? – вдруг спросил Спиридонов.
– Или у вас есть сомнения?
– У меня есть, – ответила я. – А у вас?
Парни вновь переглянулись.
– Вообще-то он последнее время с Матюшей связался, – словно получив разрешение от приятелей, вновь заговорил Спиридонов.
– Кто такой Матюша?
– Матвеев Вовка. Дрянной боксер и человек дрянной, болтается тут... Их с Ромкой часто видели.
– Где его найти?
– Адрес мы не знаем, но здесь вы его застанете, не сегодня, так завтра.
Не успел он договорить, как в коридоре появился парень.
Невысокий, коренастый. Мои собеседники повернули головы в его сторону, и Щеглов сказал:
– А вот и он..."
"Я начала подниматься, глядя на парня, а он вдруг резко повернулся и бросился по коридору. Я бросилась за ним. Сработал инстинкт: если убегает, значит надо догонять. Надо сказать, бегал он быстро и наверняка бы смылся, но победила хитрость, моя, естественно, а уж если быть совсем точной, то случай.
Когда я свернула сюда с проспекта, мне пришлось объезжать школу по кругу.
Возможно, в здании было несколько выходов, но школу окружал забор на добротных кирпичных столбах, и покинуть территорию можно было лишь через калитку, если, конечно, он не решит махнуть через забор, что все-таки и с его прытью затруднительно.
Я свернула к лестнице, спустилась на первый этаж и, выбежав из здания, заняла пост у калитки. Если бы мне потребовалось чуть больше времени на это, я бы его упустила Он выскочил через минуту и оказался в моих объятиях.
– Ты куда так спешишь? – спросила я.
Он замер, в его глазах плескался испуг, в лице готовность отшвырнуть меня в сторону, даже если это окажется для меня весьма болезненным. Я вспомнила, что парень боксер, и затосковала. Черт с ним, далеко не убежит.
Внезапно выражение его лица изменилось. Он нахмурился, плечи опустились, и весь он заметно расслабился.
– В чем дело? – спросил он хрипло.
– Ты от всех так бегаешь, или это я тебе чем-то не понравилась? – улыбнулась я.
