- Что, уже и охраной распоряжаешься?! Ну, ну! Ты думаешь, поймала мужика, похлопав глазками?! Да пусть он с тобой за ручку по магазинам прогуливается, даже в доме своём поселил, НО при этом завел себе новую любовницу. Ты ещё не поняла, почему тебя вдруг выперли из кабинета?!! Ха! Она теперь ублажает его и в офисе и на встречах, а ты тут вместо няньки для его невоспитанного ребёнка.
- Жанна, вы Ульяшку-то не трогайте! Она здесь не причем, – непривычно громко сорвалось у меня с языка, хотя планировала молча слушать.
Малышка была моей отрадой, так что слушать оскорбления в её адрес я не могла.
- Ой! Святая заступница! Перед кем сейчас роль играешь? Руслан сейчас обжимается с новой переводчицей, а ты тут мачеху из себя строишь. Пакуй чемоданы, девочка, тебе скоро укажут на выход, заменив более удачливым вариантом и на работе, и в постели.
- Это вы, я так понимаю, собственным опытом решили со мной поделиться? Ну, что ж, спасибо, очень приятна ваша женская солидарность. А вы чемоданы все отсюда забрали? Ах, я и забыла! Вас же сюда не пригласили пожить! Какая досада, столько сил, а всё зря!
Я видела и даже чувствовала, как с каждым моим словом глаза женщины «наполняются кровью» и желанием меня порвать, как тузик пресловутую грелку.
Ухмылка Сокольского служила дополнительным аккомпанементом вселенского взрыва Селезнёвой.
- Да как ты смеешь, маленькая тварь, так со мной разговаривать! Да ты знаешь, кто я? Я же сотру тебя в порошок! Гадина неблагодарная, вот так ты решила ответить на мою помощь.
Ну, так знай, что твоя песенка спета! Как только Русик выкинет тебя, несчастную дуру, на улицу, я уж найду способ устроить тебе райскую жизнь. Посмотрю, как тогда ты запоешь, захлебываясь слезами!
Женщина, вырвав свой локоть из ослабившей хватку руки Сокольского, демонстративно направилась к выходу.
- И запомни, нерадивая! Майер любит только себя, свою компанию и дочь. Так что можешь не питать иллюзий, он всего себя похоронил вместе с женой. А уж святую Элину тебе точно не перепрыгнуть! Смирись! – кинув напоследок ещё порцию яда, эта змея уползла из дома.
После всех криков на уши теперь давила звенящая тишина.
- Ты уволен. Сейчас свободен, – тихо и чётко, без какой-либо эмоциональной окраски распорядился Никита, направляясь в мою сторону.
Парень, расстроенно кивнув, исчез из холла.
Я всё также стояла у подножия лестницы, обрабатывая полученную информацию. В итоге, вроде бы, Жанна не могла быть нашей крыской.
