- Наверное, - не спорит со мной Беров и предлагает с наглой улыбочкой. – Давай помогу, что ли?
- Попробуй, - отзываюсь легкомысленно. Безотчетно замечаю в собственном голосе хриплые нотки желания. Ясен пень, чем у нас закончится смывание краски.
- Сейчас все по уму сделаем, - деловито входит в ванную Захар. Выдвигает дверцу потайного шкафчика, который я приняла за колонну. Достает самый настоящий массажный стол. И ставит его посреди комнаты.
- Так… Что происходит, Захар? – голос мой сбоит от возмущения.
- Да нормально все, цыпа, - весело поясняет Беров, награждая меня новым прозвищем. Кем я только у него не была. И Блонди, и Мася. Теперь вот в курицу превратил.
- Не называй меня так, - прошу резко. – Я же тебе никаких прозвищ не придумываю.
- А пора бы, - радостно фыркает Захар. – Можешь, медведем звать или Балу.
- До Балу тебе еще килограмм двадцать надо набрать, - огрызаюсь на автомате. И тот час же оказываюсь в медвежьих объятиях Захара.
- Потом придумаешь, Блонди, - рычит он мне в ухо.
Одним движением стягивает халат с моих плеч и легонько шлепает по попе. – Ложись давай, золотко мое, - посмеивается хрипло.
Ложусь на кушетку. Куда деваться? Прикрываю глаза, готовясь к неприятной экзекуции. Нет ничего хуже чем вытирать тело спонжем, пропитанным холодным маслом. Брр… Врагу не пожелаешь.
Но стоит мне улечься ровненько, как Захар накрывает меня большой махровой простыней, а сам что-то колдует у мраморной стойки.
- Приворотное зелье готовишь? – спрашиваю поднимаясь на локте.
- Да если бы, кисуль, - вздыхает Беров и тут же осведомляется ехидно. – Тебя можно звать кисульей?
Ну что за человек! Невыносимый!
- Расслабься, девочка, - просит меня Захар. – Положись на меня, - добавляет он и усмехается хрипло. – А я на тебя… положусь."
"- Хорошо, - растягиваюсь на кушетке. Прикрываю глаза. Но до сих пор опасаюсь холодного масла. Неприятная процедура. Ну как тут расслабишься?
А когда Захар проводит по моей щиколотке салфеткой, смоченной теплым маслом, выдыхаю от удовольствия.
- Ммм… замечательно.
- Я его согрел, - бурчит Захар и я, приподняв голову, замечаю небольшую спиртовку и стоящий на ней сосуд.
- Алхимик, - тяну, укладывая голову на руки. Прикрываю глаза, поддаваясь чарам умелых рук.
- Скорее наоборот. Алхимики превращали все в золото, а у меня другая задачаа.
- Нахал, - дергаю ногой, стараясь пяткой попасть по Берову. Но он смеется и уворачивается.
- Сама такая.
