Выхожу из туалета, забираю жену, прощаюсь и уезжаю домой, чтобы всю ночь драть Амелию, вынуждая ее охрипнуть от криков. Чтобы все равно остаться голодным и злым, потому что это не та женщина!
Артур приглашает меня пострелять, и я соглашаюсь, чтобы проветрится и избавиться от тяги к Даше. В конце концов, женщин в нашей стране много, да и со мной рядом сексуальная канадка. Нужно просто перенаправить мысли и энергию в другое русло.
— Как семейная жизнь? Как молодая жена? — спрашивает Артур, когда мы заходим в местный бар.
Мне не нравится его язвительный тон.
— Прекрасно, не жалуюсь, все по плану, — ухмыляюсь, отпивая кофе.
— А какого тогда хрена тебе нужно от моей жены?! — почти рычит друг, а мне кажется, я ослышался. Да, Лера милая, симпатичная девушка, но я никогда не смотрел на нее как на женщину.
— Не хило тебе крышу сорвало, — смеюсь, видя, как его глаза застилает ревность. Артур неожиданно хватает меня за лацканы пиджака и резко притягивает к себе.
Вскипаю, всматриваясь другу в глаза, пытаясь перебороть инстинкт и не убить его.
— Мне, бл*дь, не до смеха! — сквозь зубы проговаривает он. — Какого хрена ты вчера делал с моей женой в туалете?!
— Твоя Лера очень милая и красивая девочка, — спокойно отвечаю я, глядя Артуру в глаза. — Уверен, что она идеальная жена и мать. И тебе, дураку, с ней повезло. В туалете я зажимал ее сестру и кое-что выяснял. А Лера случайно нас застала и потребовала от меня оставить Дашу в покое.
Это все! А если ты сейчас не уберёшь руки, я сломаю тебе, ревнивому идиоту, челюсть, — хватаю придурка за руки, отрывая от себя.
— Свою челюсть побереги! — оскаливается Артур, но уже понимает, что неправ. — А что я, мать вашу, должен был подумать, когда она с тебя глаз не сводила?!
— Бл*дь, Арт, не гони! Ты реально думаешь, что твоя жена на это способна? Я плохо ее знаю и то не верю. Она за сестру переживает.
И правильно делает, потому что у меня крышу рвет от Даши, и намерения совсем не чисты.
— Не знаю, мне сорвало крышу. Прости, — друг приходит в себя. — А что у тебя с Дашей?"
"— Пока ничего такого, что меня бы устроило. Хочу ее в любовницы, — ухмыляюсь, а у самого тело сводит от одного воспоминания о Лисе. — Цепляет она меня. Такая дерзкая, острая на язык, так и хочется наказать, — смеюсь, вспоминая, как она красиво ревновала и злилась.
Прощаемся с другом и разъезжаемся в разные стороны.
