Замираю, уткнувшись носом в ямочку за ее ухом, и делаю глубокий вдох, насильно возвращая себе контроль.
– И каков результат?
– Неутешительный. Мы оба влипли. Ты вообще поплыл.
– Какая же ты сука, – хрипло говорю я и медленно отстраняюсь.
– Скажи мне то, что я еще не слышала.
Диана приподнимает подбородок, за длинными подкрученными ресницами виднеется сияющий свет возбуждения. Касаюсь ладонью ее щеки, наслаждаясь мягкостью волос, которые щекочут кончики пальцев, и наклоняюсь к покрасневшим губам:
– Я рад тебя видеть.
Она морщит лоб, измученно прикрывая глаза. Обхватывает мое запястье, крепко сжимая пальцы, и облизывает губы. Сигнал принят, и даже если это не он, я все равно не могу устоять. Целую ее еще раз, нерасторопно и нежно. Разбирая на атомы ощущения, погружаясь в них и принимая каждый, даже если он противоречит всему, во что я верю.
– Как же так, Рождественский? – шепчет Диана. – Это все не про нас.
– Струсила?
– Не дождешься!
– Домой поедем? – Я отступаю в сторону и открываю пассажирскую дверь.
– Запрягай коней! – Она садится в машину, опустив голову.
По салону автомобиля гуляет ветер, на лобовом стекле бликует свет фар, а я каждые тридцать секунд искоса поглядываю вправо. Чертовы «велосипедки»! Что за изверг их придумал?!
– Зеленый, Марк!
Жму на педаль газа, выезжая на перекресток, и крепче сжимаю руль.
– Может, мне лучше назад пересесть?
«Лучше уж ко мне на колени».
– Я в норме, – произношу сквозь зубы.
– Что делать будем? – устало вздыхает она.
– Возьмем какой-нибудь еды.
У тебя как с фастфудом?
– Я не об этом. Что мы будем делать с тем, что…
– Не знаю.
Дробящая кости тишина застывает столбом напряжения. Ни вздохнуть, ни выдохнуть. Диана молчит, отвернувшись к окну, а я заставляю машину набрать скорость. Мыслей до фига, а вот правильных… Да черт его знает! Мы слишком взрослые, чтобы играть в прятки и догонялки. Слишком свободолюбивые, чтобы перейти на новый уровень, где правила уже давно придуманы и не терпят изменений.
– Нам нужно переспать, – вдруг произносит Диана таким тоном, будто озвучивает приговор в суде.
– Прямо сейчас, или тебе стоит заглянуть в свое расписание?
– Не смешно, Марк! Это все вообще не смешно!
Брови от удивления ползут на лоб, и я смотрю на Ди, возмущенно надувшую щеки.
– Ты чего пыжишься?
– А того, что мне уже не нравится, что ты мне нравишься, потому что тебе нравится только секс. Нет, он, конечно, и мне тоже нравится, но помимо этого мне нравится еще и просто нравиться.
