Улыбка тлеет на губах, а я все не могу перестать думать о Диане. Кочевряжится она профессионально, конечно, но меня не проведешь. Уже нет. Даже самый колкий ее ответ присыпан сахарной пудрой симпатии.
Поднимаюсь на ноги, упираясь ладонями в колени. Разгоряченные долгой тренировкой мышцы гудят, но мне плевать, я пытаюсь вспомнить, взял ли с собой дезодорант и гель для душа. Интересно, здесь где-то можно отпарить футболку? Может, стоит еще сходить в СПА и к барберу заглянуть? Чувствую себя зеленым мальцом, который пытается закадрить самую популярную девчонку на районе.
То же волнение и азарт, будоражащее предвкушение и потеря контроля. Давно такого не было. Давно я уже не хотел кого-то так сильно, чтобы вообще париться о мелочах. Но черт… то, как Диана смотрит, как пытается держать дистанцию, как дышит рядом со мной и прячет затуманенный желанием взгляд… все это делает меня до дурного радостным. Ее хочется удивлять, дразнить, кусать и шлепать. Посадить на колени и целовать до головокружения, а потом… Твою мать! Надеюсь, я никогда не произнесу ничего из этого вслух, потому что мне стыдно даже за мысли.
Через час я покидаю спортивный комплекс, преисполненный уверенности и решимости. Ночной город шумит и зовет за собой, обещая дикий кураж и веселье, но у меня сегодня другие планы. Бросаю взгляд на телефон, оповещений нет. Ну чего она там так долго? Нарочно изводит меня? Сучка и в Африке сучка, но зато есть время заехать в одно место, куда я никак не могу добраться последние несколько месяцев.
Сажусь за руль и несусь через центр, обгоняя проезжающие мимо машины и прожигая взглядом светофоры, которые, будто по насмешке судьбы, загораются красным, как только я подъезжаю. Торможу у кофейни, с которой начинается набережная, прохладный ветер, бьющий по щекам, отрезвляет. Убираю телефон в карман джинсов, пересиливая желание поторопить Диану, и выхожу из машины. Нужно взять себя в руки, мне в конце концов давно не пятнадцать.
Небольшое «ламповое» заведение встречает ароматом свежего кофе, спокойной музыкой и желтым светом гирлянд, висящих на окнах.
Все столики заняты, но ни один из них меня и не интересует. Подхожу к короткой барной стойке и забираюсь на деревянный стул, складывая руки поверх массивной столешницы из цельного куска дуба, которую выбирал лично пару лет назад.
– Руки вверх! – весело бросаю я.
Настя оборачивается, испуганно передернув плечами, и шипит:
– Ты сдурел? Чего подкрадываешься?
– И тебе привет, крошка.
