Намек поняла?
— Ага!
— Ну да, о чем это я… — хохотнула жена, взглядом показала девчонке, успевшей раздеться до белья, на ее же грудь в простеньком «походном» лифчике, и подколола: — Ты уже готовишься убеждать моего любимого мужа не скупиться!
Уфимцева, конечно, порозовела, но как-то уж очень слабо.
И, заявив, что мы все поняли верно, подергала себя за мочку уха:"
"— А если серьезно, то у меня почему-то отключилось чувство стеснения. В смысле, разумом я понимаю, что раздеваться при тебе, Игнат, неправильно, а на уровне ощущений не вижу в этом ничего особенного, так как ты видишь женщину только в Оле, а мое обнаженное тело не вызывает в тебе никакого интереса.
К слову, я не обижаюсь и не пытаюсь привлечь к нему внимание — мне за глаза хватает твоего душевного тепла и заботы.
— А если совсем честно? — ехидно, но без издевки поинтересовалась моя супруга, и Света раскололась до самого донышка:
— Я вам не вру даже в мелочах. Но в самом идеальном идеале хотела бы, чтобы твой муж хоть иногда замечал, что я не только личность, но и девушка.
Давать пищу появившемуся комплексу было бы редким идиотизмом, и я мягко улыбнулся:
— Я замечаю. Мало того, частенько любуюсь и лицом, и фигуркой, ибо считаю очень красивой, великолепно сложенной и чрезвычайно пластичной. Так что в моих взглядах нет только желания обладать — оно намертво завязано на твою подружку.
— Спасибо! — благодарно выдохнула она, дотронулась тыльной стороной ладони до щеки, почувствовала, что вся горит, и удивленно добавила: — С ума сойти — оказывается, для полного счастья мне не хватало именно этого…
…Как ни смешно в этом признаваться, но мой немудреный комплимент сотворил настоящее чудо, превратив Уфимцеву в маленькое счастливое солнышко и подняв ее уверенность в себе на новый уровень.
Нет, девчонка не вертелась перед глазами и не демонстрировала прелести в попытках «усилить свои позиции», а просто сияла, просто ходила или сидела, гордо развернув плечи, наслаждалась всем, что делала, и… продолжала убиваться, раскачивая навыки, которые можно было развивать, не выходя из сруба.
Что интересно, это новое состояние нисколько не мешало ей трезво мыслить: в пять часов дня, как-то почувствовав, что я вот-вот отправлюсь заканчивать Большую Охоту, она прервала «не афишируемую» тренировку, выскользнула из объятий Оли и рванула за моим шмотьем. Хотя абсолютное большинство моих знакомых девиц из прошлой жизни постаралось бы уговорить меня взять их с собой. Не создавала суету и во время сборов.
