– Или у вас нет никого, кроме меня?…
– Мелкая, слабая, глупая…
– Мысли масштабней…, – фигура пра-пра начала истончаться, как будто ей не хватало сил.
– Масштабней? Сместить линию Фениксов и посадить на золотой трон нового Императора? Так достаточно масштабно? Вывести Север из Империи и заключить союз с Мирией? Так достаточно масштабно? Завоевать Хаганат? Переплыть Ледовое море? Так достаточно масштабно? Открыть арку в новый мир? Так? Этого хватило бы? – руки уже полыхали тьмой по самые локти, вспыхивая в такт биению сердца – часто-часто.
– Мне плевать на ваши игры, и ваши желания! Меня интересуют только Блау!
– Дура! – припечатал старческий голос.
– Я ваш последний гребаный шанс для рода, который должен исчезнуть, – протянула я саркастически. – Сочувствую. Единственный гребаный шанс – Вайю Блау, – я расхохоталась так, что слезы брызнули из глаз. – Псаков единственный гребаный шанс. Долбанная слабачка, с куцым даром. Светлая. Выродок.
Брак отца так и не был одобрен предками, пока не родился Акс. Только тогда род признал этот союз.
– Вы нужны мне, но и я нужна вам. Ваш последний. Гребаный. Шанс.
– Нет результатов – нет принятия в род! – над алтарем полыхнуло так, что пришлось зажмурить глаза.
– …и пусть все повторится? – грустно покачала головой пра-пра.
– Я готова умереть ещё раз. Уже умирала. Это не страшно. Будет по-моему или не будет никак, – я зачерпнула силу во внутреннем источнике, закручивая её в спираль и направляя в ладони, замыкая контур – отдавая всё, что есть. – “Черная метка” – всему роду Блау.
Сдохнем все, здесь и сейчас, зачем откладывать."
"Контур замкнулся – гранит полыхнул под ладонями жаром, начиная жрать силу – третий круг, я почти чувствовала, как стремительно сила спускается по орбите вниз.
На этот раз воспоминания выбрала я – предки не зря показывали “слабости”. Я – слабая, действительно самая слабая из всех, и я покажу им насколько.
…
…
...
“ ...– Лядей и сир здесь нет, – вежливо пахнув на меня свежим перегаром постановил тот, кого назвали Главным по снабжению.
– Ляди остались там, – палец с грязным черным ободком под ногтем ткнул в сторону выхода из палатки. – Здесь есть младшие, старшие, и мастера-целители, и форма выдана согласно штатного расписания, – он нежно разгладил свиток, на котором уже было два жирных пятна.
– Но форма мне большая, – я передернула плечами – и рукава тоже пришлось подвернуть, а то, что называли здесь «постельным бельем» – на таком не стали бы спать даже последние из слуг.
