– Южное гостеприимство выше всяких похвал, родичи всегда будут желанными гостями на Севере… клянусь, – сила вспыхнула повторно, облизав родовое кольцо, – оказать им такой же радушный прием, как был оказан мне на Юге.
Рейна резко подняла на меня взгляд и я улыбнулась одной стороной рта – вторая двигалась плохо – целители использовали все доступные плетения, чтобы привести меня в форму.
Ни шагу на мой Север. Я поклялась силой.
Когда меня проводили на женскую половину – все вещи были уже собраны, артефакты вернули – и я, пересчитав свои кольца, спешно натянула их обратно.
«Если на то воля Немеса, мы встретимся очень скоро, девочка… ты не успеешь покинуть Юг, и дашь ответ…» – прощальные слова старика звенели в голове.
Встретимся за Гранью, Джихангир Корай. Встретимся за Гранью – и там я буду держать ответ.
На выход меня препроводили спешно – Фифа уже была оседлана и в нетерпении била копытом. Охрана, вся пропахшая гарью, ждала снаружи. Доставить меня до Тиров и передать из рук в руки отрядили сира Зу, который был на редкость молчалив и сосредоточен – и то и дело хмурил брови, бросая взгляды на мужскую половину дома.
Говорят, некоторые вассалы, которые служат долго – много зим, начинают чувствовать своего господина. Если так – предчувствие сира Зу не обманывает.
Я держалась из последних сил, смиряя шаг Фифы и с трудом удерживаясь от желания дать шенкеля и сорваться в галоп. Выезжали мы чинно и неторопливо.
Свобода. Псаки! Свобода!
И только, когда ворота поместья захлопнулись за нашими спинами, я позволила себе сделать глубокий вдох – полной грудью.
Утренний воздух казался прохладным, свежим, и особенно вкусным.
«Рейна – это не столько статус, девочка, – так мне по пути обратно объясняла ночью старуха. – Рейна – это та, которая равна. Та, которая хранит…"
"Хранит – Род, а не главу, а потому в исключительных случаях, может не подчиниться приказам.
«И заплатить за это» – каркнула она. – Права всегда имеют оборотную сторону, чем больше прав – тем больше обязанностей.
Иногда решения, которые приходится принимать наполняют твое сердце кровью, девочка… но процветание рода превыше всего.
За процветание рода оплачено моей кровью. Не зарекайся, – погрозила она мне крючковатым пальцем. – Чтобы не пришлось делать такой выбор, если Глава будет вредить… роду… иногда нужно делать выбор…
Выбор? Вредить? Блау хранят Блау. Всегда. И я не могла представить момента, когда мне придется поднять руку… на дядю.
