Дышал сзади, пофыркивая, горячая слюна жгла ладони кислотой, а я — считала вдохи – сколько их осталось.
Иногда самое глупое — это самое верное. Интуитивное, когда ты не понимаешь зачем, но знаешь, что должно быть именно так, когда разум молчит, парализованный страхом, а горячее дыхание обжигает спину…"
"Ты просто делаешь. Потому что не можешь больше ничего. Потому что это – правильно.
И я… расслабилась.
«Чтобы кровь окропила пески» — это произнесла старуха над моей головой, когда осеняла всё вокруг своей кровью в крест.
И я начала сипеть, повторяя слова старухи: «И запечатываю я своей силой, и скрепляю своей кровью, и объявляю своей землей…».
Не знаю, какой смысл она вкладывала, когда резала меня лично и следила, чтобы её кровь попала на песок – но если всё решает не сила, а кровь – моя сильнее.
Надо мной фыркнули агрессивно — я сделала что-то неправильно, что-то изначально неправильно…
«…объявляю своими…» — поправилась я сиплым шепотом.
Своими. Своими. Своими.
Слова закружились в голове, тяжелая морда рухнула сверху, ткнув в поясницу так, что вдавила в песок.
Умирать не страшно. Страшно — умирать вот так — сдаваясь… страх — убивает… открыться… строчки из дневника отца всплыли в голове и закружились черной вязью… открыться…
И… я – открылась. Так же, как тогда…
Мы с тобой одной крови.
– Почему они не нападают? -- голос Лейле, усиленный плетениями, казалось, прозвучал одновременно со всех сторон, искажаясь и растягиваясь, как бессмысленный набор звуков: «П–о–о–о–а–а–ч–ч–м–у–у–а–а–ан–н–и–и–и–не–е–ен–а–а–ап–а–ад–а–а–ю–ю–ю–т», и образ, который вспыхнул в моей голове яркой картинкой – как будто с высоты – светящийся купол – и много мелких сияющих фигурок снизу… как будто это вижу не я, а… шекк?
Светящаяся сфера впереди пахла смрадом и значила – «опасность».
В воздухе кружились тысячи запахов – летевшей днем птицы – пустынный орлан – картинка, воды – оазис – где-то справа, если двигаться в сторону большой горы и полосы песка – ещё картинка, запах железа и пота, который принесли с собой мелкие фигурки, и… отвратительный смрад плетений, которые оставляют шрамы на шкуре…
«Больно» – это светящиеся линии силы.
«Нас – много».
Виски заломило от боли, так много образов сменяли друг друга с такой скоростью, что почти сливались в ленту.
Пришли только двое – самые слабые, из тех, что не смогли противостоять, но скоро за нами придут – сильные… и сожрут светящийся купол, уничтожая все следы отвратительного смрада, которому не место в песках…
«Дом».
