В конце концов, это все-таки его фотография! А убьет, ну… зато быстро и наверняка!
Мимика у арда оказалась весьма выразительной. Черные брови поползли вверх, символизируя крайнюю степень изумления, а потом серые глаза оторвались от терминала, вперившись в меня, и я принялась медленно отползать, пока не уперлась позвоночником в спинку кровати.
— Куда же ты, Линетт Келли? — зловеще произнес ард, делая шаг вперед. — А ну иди сюда!
Я отчаянно замотала рыжей головенкой, но потом все же уточнила на всякий случай:
— А зачем?
— Как зачем? — деланно удивился ард и, подцепив край собственной футболки, стянул ее через голову.
Я прикрылась подушкой — только глаза сверкают поверх нее, и подобрала под себя ноги. Рэй щелкнул пряжкой ремня и взявшись за пуговицу на джинсах весомо сообщил:
— Прайс устанавливать будем!"
"На следующий день звонок в дверь раздался, когда я, отжав у Рэя игрушку, активно боролась за ГранПри против жестокого и беспощадного искусственного интеллекта (против арда я бороться отказалась, потому что он оказался еще более жестоким и беспощадным, чем ИИ).
В ушах ревел мотор, перед глазами бешено петляла трасса, так что самого звонка я, собственно, не услышала. Только заметила краем глаза, как лениво развалившийся в кресле Рэй, потягивающий сок прямо из упаковки и почесывающий за ухом вскарабкавшегося на живот кота, встрепенулся, бережно переложил комок шерсти на подлокотник и встал.
Любопытство пересилило, и я под грохот влетевшей в перекрытия на полной скорости машины, стянула шлем с головы, чтобы услышать негромко брошенное: «Заходи».
Довольным оно не было.
Долго задаваться вопросом, кого там нелегкая принесла мне не пришлось. Негромко щелкнула, открываясь, дверь, а потом прозвучало радостное «Рэй! Боже, как ты?» и звуки, по моему мнению, означавшие, что кто-то бросился кому-то на шею. Долгий истосковавшийся поцелуй нарисовало уже мое буйное воображение.
— На кухне поговорим.
Вопреки этим словам, тяжелые шаги двинулись в сторону гостиной, и я торопливо натянула шлем обратно и не глядя ткнула в кнопку рестарта гонки.
Рэй посмотрел на меня, увлеченно сшибающую придорожные столбики, ничего не сказал, и снова исчез.
«Тебя это не касается, Линетт,» — строго произнесла я мысленно. «Тебя это совершенно и ни в коей мере не касается».
