Вовремя подоспело постановление пленума ЦК ВКП(б) «Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков». Я его наизусть выучил. Благодаря постановлению меня вернули в партию, в Вооруженные силы и восстановили в должности. Не смотрите с подозрением, Вадим Алексеевич. Я не обижен на партию и органы. Главное, что разобрались, значит, есть в нашей стране справедливость. Я утолил ваше любопытство? Мы можем продолжать работу?
– Без обид, Евгений Борисович?
– Без обид.
Сам товарищ Рокоссовский находился в заключении по той же чудовищной ошибке. Где он теперь? Белоруссию прошел, выгнал фрица с нашей земли, Польшу успешно штурмует, еще немного – и в Германию войдет, а там и до Берлина рукой подать. Вот она, мощь и краса наших зэков. – Поляков зашелся каким-то ломаным смехом.
Ущелье погрузилось в молчание, тускнели дневные краски. К вечеру похолодало. Часовые на постах развернули скатки, облачились в шинели.
Злобин дважды поднимался в сторожевую башню, осматривал долину.
Части Красной армии ушли, другие в Пештеру не входили.
Несколько неприятных минут доставил Вадиму сеанс радиосвязи с полковником Василевичем.
– Почему отсутствует результат, майор? – с нажимом выговаривал начальник дивизионного отдела. – Меня донимают из армейского управления, требуют результат. Я больше не могу юлить и изъясняться туманными фразами. У тебя есть шанс. Смотри, судьба может повернуться задом.
Звонили люди из фронтовой разведки, их тоже интересует результат. Чем вы там занимаетесь с Поляковым, глушите румынскую самогонку?"
"– Мы все выясним, товарищ полковник. Дайте только время. Проясняются обстоятельства, проводится зачистка. Это не избушка, товарищ полковник, а довольно крупный замок, в конструкции которого есть сюрпризы. У нас не хватает людей, чтобы охватить всю эту глыбу.
– Хорошо, работайте, время пока терпит, – смилостивился Василевич и спросил: – Сам-то что думаешь по этому поводу?
– Много будем думать, ничего не найдем, Иван Поликарпович, – отшутился Вадим.
– Но склоняемся к мысли о том, что Кунце именно в замке укрыл свои материалы. Проводим осмотр. Поиски продолжаются. Есть у меня кое-какие мысли на этот счет, но я пока придержу их при себе.
– Да этот Кунце бросил свои бумаги в какую-то щель, когда метался по замку, – заявил полковник. – А вы, лопухи, не можете найти элементарный тайник.
