Программа рассчитана на образование, не только на получение практических навыков, необходимых магу на службе. Тебе же первым делом нужно понять, что ты умеешь и можешь, и как с этим справляться. Поэтому общее образование оставим на какую-нибудь будущую счастливую жизнь, а сейчас наша с тобой первейшая забота — это изучение магической специальности и того, как можно её применять во благо всем живущим.
Поэтому пока меня приписали к группе первокурсников. Они уже кое-что знают и умеют, всё же, маги с рождения, если у них тут с некромантами так.
И наверное, бороться с тараканами учились в далёком детстве, а не придя в академию. То есть — знают и умеют больше, чем я. Но впрочем, посмотрим."
"Тема лекции была — виды посмертных сущностей. Какими они бывают, насколько опасны и что с ними делать, чтобы обезопасить себя и других. Я отчаянно пыталась записывать пером всё, что говорилось, навык записывания лекции вроде вспомнился, дома учёба завершилась не так и давно. Но насколько же здесь было неудобно писать! Может, у них тут есть какие-нибудь магические приспособления? Потому что у меня на сереньком листе уже красовались три кляксы, каждая размером с ноготь большого пальца, и что дальше будет?
Я украдкой посмотрела на соучеников.
Ну да, кляксы, и бумага у кого-то ещё хуже, чем у меня. У девушки тетрадка в узкую линеечку, цветочки нарисованы, милота какая, божечки. У меня-то просто листы. Надо сходить в лавку с писчебумажными принадлежностями, в библиотеке говорили, что поблизости есть такая.
Вдруг прямо посреди классификации безопасных для человека видов нежити меня осторожно потыкали в спину. Я не ожидала и дёрнулась. Потом осторожно оглянулась и посмотрела. Сосед сзади держал в руке сложенную бумажку и показывал мне — бери, мол. Ну, я взяла.
Развернула. «Женщине не место на факультете некромантии». Здравствуйте, приехали. У вас же тут, голубчики, уже есть одна? Или к ней уже притерпелись, а тут вам подкинули что-то новенькое?
Я, не скрываясь, оглянулась и осмотрела всех, кто там сидел.
На меня не смотрел никто — все записывали лекцию или делали вид, что записывают. Ну и ладно.
Я вернулась к лекции. Пуговкин тем временем перешёл от безопасных видов нежити к опасным, и снова можно было рисовать таблицу с классификацией. Более того, он прямо сказал:
— Зарисовывайте, голубчики, потому что учебник есть не у всех — это раз, а даже если и есть, то пока будете зарисовывать, хоть что-то да запомните, это два.
