— А что их принц делал на Байкале? Это ж как-то не близко?
— А там была магическая аномалия, франкийцы случайно туда попали, и устроили там ссылку. Холодно, ресурсов нет, есть почти нечего — отличное место. Как выжили-то, бедолаги, мне всегда было интересно. Вот и читаю. Нужно ж знать о великих магах прошлого.
Наверное, мне тоже нужно? Мне б просто представить обычную человеческую историю, да? Так-то у меня тоже с собой есть книги, я спросила Антипа Валерьяныча, можно ли взять, и он разрешил. Три штуки, исторические сочинения.
Чтобы понять, что у нас общее, а что здесь особенное. Правда, я чаще тупо сижу и в окно пялюсь, хоть там почти всегда и нет ничего, кроме заснеженного леса. Но это и у нас зимой так, мне доводилось ездить. У нас в целом больше населённых пунктов вдоль дороги, а тут, наверное, всё это только строится. Но в целом-то путь известен — Нижнеудинск, Тайшет, Красноярск, Новониколаевск, Омск, Челябинск, и дальше. Станции редки, пути два, почти везде, но встречаются и места, где он один.
Как-то раз мы почти полдня стояли на разъезде, пропуская какой-то архиважный поезд на восток. И никаких вам проводов, именно это оказалось самым удивительным для меня. Просто железнодорожное полотно в снегах, и всё.
В ресторане мы признакомились с магом-инженером, который как раз возвращался после нескольких месяцев строительных работ на берегах Байкала.
— Вы пробивали тоннели? — восхитилась я.
Гордей Платонович, так его звали, улыбнулся и кивнул.
— Верно, Ольга Дмитриевна, я руководил прокладкой тоннеля.
Я чуть было не спросила — а на каком километре, потому что по старой железной дороге по берегу Байкала мы в студенчестве ходили много. Я даже работу о строительстве писала — небольшую и несерьёзную. И тамошние тоннели знала хорошо.
— И… как это было? — я не придумала ничего умнее.
— Интересная инженерная задача. Тоннель пробивают с двух сторон, и он должен сойтись, иначе расчёты сделаны неправильно. А когда по всему он должен сойтись, и не сходится — это неприятно.
"
"— И… сошёлся же потом? Я слышала легенду о том, что тоннель не сходился, и тогда инженер пошёл в него ночью и застрелился, а наутро он сошёлся, — до меня не сразу дошло, что я зря болтаю языком.
Ева уже поглядывала на меня с удивлением.
— Конечно. А легенды они на то и легенды, — он улыбался. — Надо же было придумать — пошёл и застрелился. Нет, конечно. Просто говоришь себе и другим, что участок оказался сложнее, чем задумано, и нужно продолжать.
