– Зря я ночь из-за них не спала. Все получилось!»
Теперь ей казалось, что она в самом деле не спала ночь именно из-за того, что волновалась перед сегодняшней отливкой. «Московские арабески» были первой по-настоящему серьезной и большой работой, которую ей удалось сделать совершенно самостоятельно. Обычно Герберт и Дина вмешивались во все, что она делала. Впрочем, их можно было понять: производство-то принадлежало им, и дорогущее оборудование было куплено на их деньги, и название «Мастерская авторского фарфора» подразумевала именно их авторство… И если Варины художественные идеи в большинстве случаев казались им странными, так на то было их право.
С Гербертом и Диной она считалась не только потому, что всем приходится считаться с работодателями. Если бы не они, Варя вряд ли добралась бы до фарфора, то есть в буквальном смысле не добралась бы. Когда она приехала в Москву, у нее не было не только жилья, друзей и опыта жизни в мегаполисе, но, главное, не было подготовки, которая позволила бы поступить в художественный институт с его бешеными конкурсами.
То, что ей не на что было бы жить в Москве, если бы она поступила учиться на художника по фарфору, было уже делом десятым. Варя готова была жить впроголодь и работать уборщицей, если бы это дало ей возможность учиться. Собственно, так ведь она и жила свой первый год в Москве. Только поступить в институт у нее при этом все-таки не получилось…
Впрочем, теперь Варя уже не очень об этом жалела.
Всему, чему ей необходимо было научиться в практическом смысле, она научилась, как это принято называть, из-под руки – здесь, в мастерской Герберта и Дины Бауэр.
Приехав в Москву, Варя долго не решалась к ним пойти: не в ее характере было навязывать посторонним людям свои житейские трудности. Но потом все-таки пошла. В конце концов, они ведь сами дали ей когда-то свой московский адрес и сказали, чтобы приезжала в любое время.
– Пока у тебя еще наивные рисунки, Варвара, – с характерным своим, тяжеловатым немецким выговором сказал Герберт.
– Но та манера, которую мы наблюдаем в эскизах твоей ома, да, бабушки, она прослеживается и у тебя. Это может оказаться ценным.
В тот год Герберт Бауэр впервые приехал из Германии, и его русская невеста возила его по всяческим живописным местам, в число которых попала и деревня Варзуга. Наверное, Дина хотела удержать жениха в России, где она как раз налаживала бизнес.
