В последнюю цикладу второго курса отличился только Цицелир, умудрившийся сломать ногу на ровном месте.
— Так, я полетел! — подмигнул друзьям Машьелис и, не дожидаясь возражений, перекинулся в дракона.
С момента первого оборота, спровоцированного подлитой в сок рябиновкой, Машьелис о Либеларо существенно подрос и даже немного заматерел. Теперь он габаритами был не с исхудавшего на жесткой диете слона, а как минимум вдвое поболее самого крупного млекопитающего Земли. Впрочем, увеличение массы и роста не умаляло изящества пропорций дракона, а блистающая радугой чешуя заставляла прищуривать глаза.
Симпатичный вышел из Лиса дракон, нет, даже не просто симпатичный, а настоящий красавец. Молодой дракон знал, что он хорош, и демонстрировал свое великолепие друзьям. А чего пренебрегать подходящим случаем? Машьелис даже заложил дополнительный вираж над головами Янки и Хага, ничуть не опасаясь случайных стрел, отскакивающих от чешуи.
Под изумленный рев масс, как осажденных, так и осаждаемых, ящер взмахивал крылами, легко набирая высоту.
Ввергнутые в ступор или впавшие в панику люди дали дракончику выполнить свою миссию. Он легко взмыл в воздух, в несколько взмахов могучих крыльев оказался у помеченного объекта, сцапал его багряный плащ когтями одной лапы и спланировал к друзьям.
Вот только тушка объекта — рыцаря в легкой кольчуге — в когтях радужнокрылого красавца, которым Яна любовалась с искренним восхищением, обвисла уж больно безжизненно.
— Видать, окочурился со страха, болезный, — резюмировал Хаг и озадаченно почесал щеку когтем.
— М-да, это незачет, — печально согласился Лис, возвращаясь в свою обычную форму, после того как в его когтях истаял объект проваленной миссии."
"Призрачная реальность мигнула, восстанавливая прежний вид. Снова отряды пошли на штурм замка, а герой в плаще был победоносно воздвигнут на стене. Теперь уже команда действовала более осторожно. Учли «больное сердце» объекта и решили исключить малейший шанс испуга.
Команда под невидимостью перенеслась на стены с помощью левитации, а сонные чары и купол неуязвимости надежно укрыли «жертву» ото всех возможных угроз. Кстати, купол очень пригодился, потому как все стрелы захватчиков и камни отражающих штурм вдруг стали лететь точно в спящего героя. Зная зловредную изобретательность Брэдока, любой из блюстителей мог бы поклясться в неслучайности явления.
Вторая попытка Янкиной команде засчиталась как успешная.
