Красная «шестерка» побитая…
– Так пусть бы сам тягал свою развалюху! Да обе ваши тачки столько не стоят!
Лис положил вилку.
– На «Мерседесе» след остался?
– Да. Вроде царапины. Еле заметно.
– А кто назначил пять тысяч?!
– Водитель. И друг его. Они такие, знаете, из «крутых»…
– Милицию вызывали?
Тесть покачал головой.
– Я сказал, что у меня страховка, а они и слушать не стали… Забрали техпаспорт, права, назначили – сегодня в пять чтобы принес деньги…
– Куда?
– На Театральную площадь.
К стеле Победы.
Коренев взглянул на часы. Без десяти три.
– Ну, и что вы решили?
Виктор Васильевич безнадежно вздохнул. Всю сознательную жизнь он избегал конфликтов. Может, потому, что с детства был близорук, полноват и флегматичен. Да и спокойная работа технолога швейного производства никак не располагала к физическому противостоянию с противником.
– Не знаю… Я вроде действительно виноват. Только неужели это столько стоит?
Лис снова взялся за вилку, наколол и отправил в рот ломтик копченого окорока, меланхолично прожевал.
Порядочные люди гораздо уязвимее проходимцев. Вот тесть за несчастную царапину сразу себя виноватит… А если бы те «крутые» сбили человека, уехали бы – и ищи-свищи… А потом еще докажи, да возмести ущерб, попробуй… С них сто рублей просто так не получишь. Только если за кадык возьмешь… Но нормальные люди за кадык брать не умеют… И помощи им искать негде. И что им всем делать?
За столом воцарилась тишина.
Он поднял голову. Виктор Васильевич смотрел на него с испугом и надеждой. Что ж, он не «все» – ему повезло с зятем!
– Все будет нормально, Виктор! В пять поедем, и я все разрулю. Может, это они вам должны!
Тесть оживился.
– Правда?! Здорово! Тогда давайте еще выпьем!
Но Лис прикрыл рюмку ладонью.
– Теперь как раз и не надо. А покушать можно. Времени много, еще и чайку попить успеем.
* * *"
"В шестнадцать пятьдесят девять «Хюндай Акцент» Виктора Васильевича подкатил к точке встречи.
Было пасмурно, дул резкий ветер, пахло предстоящим дождем. Справа возвышалась высоченная стела со звездой и летящей женщиной на вершине. Женщина, очевидно, олицетворяла богиню Победы, но была похожа на обычную советскую гражданку строгих семидесятых годов. Чтобы никто не заглянул под развевающуюся юбку, снизу она была закрыта ровной пластиной, из которой нелепыми обрубками торчали ступни ног.
