Я уже в новое помещение перешел, посмотришь... Обмоем новоселье, вмажем, расслабимся... Там я вас и познакомлю. Могу тебе наконец и «спутника» вставить! Не передумал еще?
Кривуля добродушно захохотал:
– Тогда тебя в «угадайке» и в «ромашке» тоже сразу узнавать станут!
Смех внезапно оборвался, и добродушие из Кривулиного облика мгновенно исчезло.
– Можно устроить, чтобы этого твоего козла притащили, и ты его отпетушишь по полной программе! Чтобы знал, падла!
– А кто притащит? – поинтересовался Алекс, чтобы что-нибудь сказать.
Петушить кого бы то ни было не входило в его планы.
– Найдутся люди...
Кривуля туманно рассказывал о причинах своей отсидки, глухие слухи связывали его имя с опасной бандой, действовавшей в Тиходонске в конце семидесятых, Алекс слухам не верил, но бывали минуты, когда неверие уступало место убеждению, что так и было.
– Жрать охота, – вновь сменил тему Кривуля. – Пойдем к Илье мяса похаваем!
– Дорого...
– Ничего, дядя платит, – подмигнул толстяк.
Время шло к обеду, и настроение у Алекса улучшилось, потому он согласился и скомандовал Светке закрываться.
Через несколько минут троица вывалилась на главную аллею Центрального рынка: грузный мужик лет сорока во всем черном, с сумкой через плечо, двадцатишестилетний светловолосый парень в спортивном костюме и симпатичная вертлявая девчонка в джинсах и свитере.
Они прошли мимо овощных рядов. Кривуля пару раз останавливался, придирчиво рассматривал восково-неживые тепличные помидоры и длинные, словно фаллоимитаторы, только изогнутые, огурцы, пробовал резкую квашеную капусту, злую корейскую морковку, но купил в конце концов тугие, с терпким запахом, моченые яблоки и гордо нес их в прозрачном кульке, наполненном мутноватым рассолом.
Пестрая базарная толпа обтекала их со всех сторон, и наметанный взгляд легко отличал обычных покупателей от всех тех, кто кормится с рынка: чиновников дирекции, карманников, контролеров, санитарных инспекторов, проституток, охранников, сдатчиков подвалов под товар и квартир для торгующих.
"
"Постоянные обитатели рынка из тех, кто помельче, здоровались с Алексом, а он здоровался с ними, крупные акулы не обращали на него внимания и на приветствия не отвечали. Парня это задевало, хотя виду он не подавал и тешил себя мыслью, что через год-два положение изменится. В этом плане Алекс завидовал Кривуле, которого знали многие блатные, – с тем он чалился в следственном изоляторе, с тем ехал по этапу, с тем сидел в пересылке, с тем топтал зону...
