Чего он сюда приехал? Здесь его обязательно пристрелят!"
"– Вы бы лучше сидели дома! Это вы пришли на нашу землю, разоряли города и убивали невинных людей! Вы заставили нас приехать сюда! У Ужаха есть давняя, личная месть, но он отложил ее, чтобы рассчитаться с вами!
– А что за личная месть? – вроде бы заинтересовался Литвинов.
– У него дагестанцы старшего брата убили. За паршивых овец! Мальчишка, Джафар Арцатов застрелил... Уже лет двенадцать месть тянется: то наши ихнего убьют, то они нашего... Ужах должен дело до конца довести, но вы перепутали все наши планы.
..
– Это в Анди было? – быстро спросил Лис. – Там мальчишка его родственника убил?
– Откуда знаешь? – впервые террорист вскинул голову и прожег подполковника ненавидящим взглядом.
– Все знают. Джафар всему Тиходонецку об этом рассказал. Он любит хвастать...
– Джафар здесь?!
– Давно, – кивнул Лис. – Собрал земляков, погоду в городе делал... Сейчас местные их побили, но он живой остался...
Террорист закрыл глазами принялся методично раскачиваться вправо-влево, будто что-то бормоча про себя.
«Что это он?» – взглядом спросил Лис у Литвинова. Тот поднял палец, предостерегая от излишнего шума и предлагая ждать. Через несколько минут чеченец вышел из транса и открыл глаза. С ним произошла перемена: вместо затравленного и приготовившегося к смерти волка перед офицерами милиции сидел собранный для серьезного разговора, волевой и целеустремленный человек.
– У нашего народа обычай мести свят, – четко произнес он, переводя взгляд с Литвинова на Лиса и обратно.
– Маленькую нацию уничтожить просто, спасти ее может только то, что она никому не прощает обид. Потому мы приехали сюда, рассчитаться за войну. Вчера у нас ничего не вышло, мой друг и брат погибли, я сижу в наручниках, но это ничего не значит: пока хоть один из наших жив, будет литься кровь тех, кто воевал на нашей земле.
Террорист откашлялся, было видно, что он не привык к столь длинным речам.
– Но это не личная месть: чеченцы мстят русским, исполняют вековой обычай, не больше.
Личная месть – совсем другое – У моего друга и брата Ужаха есть личная месть к этому подлому Джафару. И он, последний мужчина рода, если он не исполнит свой долг, то покроет себя позором навеки! Мы обязаны во всем помогать ему. Сейчас я узнал очень важную вещь и должен сообщить ее Ужаху. Если вы отпустите меня, я поклянусь на Коране, что мы снимем месть с СОБРа. Мы поможем Ужаху выполнить личную месть и уедем из города.
Чеченец замолчал. Он сказал все, что хотел.
