Я, видя, что сотовый девушки похож на мой как две капли воды, бесцеремонно отнял его у Капустиной и мгновенно утихомирил.
– Спасибо, – шепнула Наташа.
– Рад был помочь, – еле слышно отозвался я. – Чтобы выключить, нажмите вот сюда.
– Так вот, – вещал Митяев, – теперь у нас есть отличный редактор, суперпрофи, человек, который закончил Литературный институт…
– Пушкин? – ехидно спросил кто-то.
– Подушкин, – ляпнул Митяев.
Отвязные журналисты захохотали, они явно приняли последние слова начальника за удачную шутку.
– Иван Павлович, покажись! – приказал Сергей.
Я встал, смех стих.
– Теперь все ваши опусы будут проходить через руки Ивана Павловича, надеюсь, нововведение пойдет газете на пользу, – подвел итог Митяев. – Живо по местам, Подушкин, останься."
"Мы с Наташей одновременно схватили со столика телефоны-близнецы и включили их.
Когда весело гомонящая толпа молодежи покинула кабинет, хозяин, отдуваясь, спросил:
– Ну как? Есть версии?
– Пока нет, надо осмотреться, – спокойно ответил я.
– Восьмая комната, – кивнул Митяев, – там твое рабочее место. Ну, с богом или с чертом, мне по барабану, с кем ты дружишь, только поймай крысу.
Я вышел в коридор и встал у окна. Следует признать, я произвел не лучшее впечатление на коллег, явился в костюме, чем уже установил дистанцию, да еще Митяев обратился ко мне по отчеству. Думаю, сейчас нужно пойти в кабинет, осмотреться, а потом уехать. Завтра приду в редакцию в джинсах, куплю толстовку с провокационной надписью и попытаюсь продемонстрировать коллективу веселый нрав и толерантность.
Может, купить выпивку с нехитрой закусью?
В кармане завибрировал телефон, я поднес аппарат к уху, но не успел произнести и слова, как из трубки посыпалась темпераментная речь.
– Натка, супер. Ты превзошла себя, дали сегодня в номер, гонорар можешь получить в три часа дня в кафе «Чао». Материал про Карину бомба, народ в экстазе, но будь осторожна!
Я не успел никак отреагировать, человек явно ошибся номером. Собеседник отключился, через пару секунд телефон судорожно вздрогнул, я вновь посмотрел на экран.
Эсэмэс! Причем от того же парня! «Кафе „Чао“, 15.00. Принесет Машка, я занят. Чмок. Ге».
Я начал нажимать на кнопки, надо сообщить этому Ге об ошибке, и тут дверь кабинета распахнулась, из нее вылетел Сергей. Мне стало не по себе. Лицо главного редактора приобрело оттенок спелой свеклы, глаза вылезли из орбит.
– Суки, – хрипел он, – суки! Ваня! Смотри!
И он сунул мне газету.
