Она была импульсивная, разочарованная в муже молодая женщина, свои отношения с господином Мокроусовым она явно воспринимала всерьез… Могла ли она убить вашу мать? Я считаю, что это вполне вероятно, но ведь вас интересуют не предположения, а тот, кто является убийцей. – Амалия выдержала крохотную паузу. – Скажите, вы пытались во Франции связаться с госпожой Белланже? Я знаю, что она не в себе, но тем не менее…
– Я ее видела, – сдавленно промолвила Луиза, поежившись. – Я долго колебалась, но потом сказала себе: будь что будет, и поехала в лечебницу доктора Мальбера, где сейчас мадам находится.
– Ее передернуло. – Поверьте, когда видишь заведение, в котором пребывают эти несчастные, на жизнь начинаешь смотреть совсем по-другому… Я видела там совсем молодого человека, красивого, как ангел. Доктор сказал мне, что вся его семья – душевнобольные и он кончил тем, что вонзил жене в горло ножницы… А ведь внешне он такой же человек, как все, и если не знать… Если не знать, кто перед тобой, то…
Она умолкла, борясь с волнением.
– Надин Белланже сказала вам что-нибудь? – спросила Амалия, когда молчание слишком затянулось. По лицу Луизы пробежала судорога.
– Она сидела и грызла ногти. Все время грызла ногти и глупо хихикала. А потом, очевидно, поняла, на кого я похожа… Она вскочила с места, прижалась к стене и стала кричать: «Я знаю, кто ты! Ты пришла за мной, но я не пойду за тобой! Сгинь!» Доктор пытался ее урезонить, но она оттолкнула его так, что он отлетел к двери.
Она была на две головы ниже его, но он отлетел, как былинка… Прибежали дюжие санитары, похожие на мясников… Я бросилась прочь из палаты… Потом я слышала, как она кричала… Завывала и кричала, как дикий зверь…
– Понимаю, как вам было тяжело, – осторожно промолвила Амалия, – но я все же должна задать этот вопрос. Надин Белланже не сказала ничего такого, что могло бы пролить свет на…
Луиза мотнула головой так, что прядь волос выскользнула из прически и упала на бровь.
– Если бы я узнала от нее то, что меня интересует, думаете, я приехала бы сюда к вам?..
Тут Амалия решила, что настало время поговорить начистоту.
– А если ничего не выйдет? Если следователи не смогут дать определенный ответ на ваш вопрос, если свидетели не скажут ничего нового, если…
– Я уже думала об этом, – прошептала Луиза, – думала тысячу раз, и даже больше.