Плохо понимая, что происходит, Алена бросилась вперед, стащила Ольгу Марковну с подоконника, захлопнула окно и сердито спросила:
– Вы с ума сошли, да? Так и выпасть можно, с пятого этажа слетите, ни одной целой косточки не останется.
Внезапно Ольга Марковна рухнула в кресло, уронила голову на руки и зарыдала, да так отчаянно, что у Алены защемило сердце.
Оглядевшись вокруг, она заметила на столе заведующей кафедрой свой кошелек и бутылку с минералкой, подошла, взяла боржоми и наткнулась на листок бумаги.
Там была одна-единственная фраза, написанная четким, «учительским» почерком: «В моей смерти прошу никого не винить».
Бутылка выпала у Алены из рук.
– Офигели, да? – по-детски воскликнула она. – Разве можно себя жизни лишать!
Внезапно Ольга Марковна перестала рыдать.
– У меня нет выхода, – глухо сказала она, – зачем ты сейчас тут оказалась? Знаешь, как трудно было решиться влезть на этот подоконник?.. Что мне теперь делать?
– Лучше домой езжайте! – воскликнула Алена.
– Давайте я вас до метро провожу.
– Нет, – закричала Ольга Марковна, – никогда! Там Роман!
И, зарыдав, она стала рассказывать. Алена чуткая девушка, ей сразу стало понятно, что преподавательнице нужно дать возможность выплеснуть наболевшее. Очень скоро Алена поняла, в чем дело. Как это ни банально, но речь шла о любви.
Романом звали мужа Ольги Марковны. Он был моложе жены на пять лет и, несмотря на возраст, уже защитил докторскую диссертацию. С Ольгой Марковной они были женаты восемь лет и жили относительно счастливо.
Оля обожала красивого, талантливого супруга, гордилась его научными достижениями и вся раздувалась от гордости, когда слышала от кого-нибудь: «Ну, Роман далеко пойдет, быть ему академиком и ректором».
Единственным пятном в счастливой семейной жизни была свекровь Анна Павловна. Она с первого дня не приняла невестку. Матери не нравилось в любимой сына все: возраст, рост, вес…
– На кой тебе сдалась тощая дылда, выше тебя на голову и старше в два раза? – патетически восклицала она.
– Мамочка, – увещевал скандалистку сын, – Оле всего на пять лет больше, чем мне, и она выше меня лишь на два сантиметра!
Анна Павловна поджимала губы и оставалась при своем мнении. За восемь лет совместной жизни она не сказала невестке ни одного приветливого слова, ни разу не похвалила ее, не сделала даже дежурного комплимента. Зато малейшие промахи Ольги служили поводом для ее злобных замечаний.
