— Молодец, Ярослав.
— Рад стараться, ваше сиятельство, — выпалил наиграно радостно.
— Полно, полно, знаю я, как ты рад, — покривилась, не поддавшись очарованию. — Ладно, что тянуть. В башне её надо пошарить. И книгу одну найти.
— Что за башня? Это в Академии?
— Да, это жилище её личное. Туда самому не залезть, только с её ведома. А ведомо будет, раз учить тебя собралась.
— Логично.
— Книгу найди.
— Название? Автор? Описание? — Задаю встречные вопросы.
— Ничего тебе не скажу, а если скажу, то смерти придать придётся, — выпалила дурочка.
— Иди туда — не знаю куда, найти то — не знаю что, — комментирую сварливо. — И как мне искать–то⁇ Тёть Чернава.
— Да заткнись ты уже, какая тётя я тебе⁈ Тёмный!
— Может, всё–таки самогоночки?
— Тащи! Что дятел под окном, талдычишь.
А я ведь знал! Знал!
Вышел, Инку докричался, та бутылку мутную живенько принесла. Следом и поднос с закусочкой организовала: сало, чёрный хлебушек, огурчик малосольный, помидоры маринованные, капуста квашеная.
Закрылись в кабинете, сам решил поухаживать. на стол облокотившись задницей, рядом встал. Вижу, как у Чернавы глаза загорелись от обилия. Посох свой выпустила, наконец. И возмутилась сварливо:
— Чего налил, как украл? До краёв наливай. И себе!
— Мне нельзя, я ещё маленький, — парирую.
— Так уж и маленький, ты это половцам скажи!
— За вас, голубушка, — поднял свою рюмку.
Детским алкоголизмом не страдаю, пригубил маленько.
А эта смотрит с подозрением, будто отравить её собрался. Но не удерживается и опрокидывает весь стакан с заметным профессионализмом.
Повеселела сразу, разрумянилась.
— Вот ты Тёмный, — начинает деловито, чавкая. — И как все Тёмные никому доверять не можешь, оттого вас по одному и ловят. А вот если бы объединились, то нам бы точно несдобровать.
— Это вы мне подсказываете?
— Нет, даю совет. Не вздумай связываться с другим Тёмным. За все его грешки и заплатишь потом.
— Так что за книгу я должен украсть у Морозовой? — Переспрашиваю уже после третьего влитого в магичку стакана.
— Самую ценную, которой она сама воспользоваться пока не может, — посмеивается Чернава, расплывшись на кресле ещё больше. — А не может, потому что боится. Уж не поверю, что дюже правильная.
— И всё–таки, тёть Чернава, как она выглядит? Вдруг у неё их много там, и я перепутаю. А второй попытки может уже и не быть.
