— Там это… — поплыл сразу староста. — Мы начали расчищать, дело пошло. А как по дрова пошли, соседские стали докучать.
— Поточнее пожалуйста.
— Телегу на днях разломали, пока мужики отвлекались. За дерево нам предъявили, пришлось пять медяков отдавать, — жалуется Петруха.
— Подожди, это с соседней деревни наши? — Уточняю, наполняясь негодованием.
— Они не наши, — вмешался Пересвет. — Это дружинники барона Горазда, твоего соседа теперь. Рудник наш стоит на краю у границы, которая по лесу и идёт. Там нашей земли по кромке леса, метров пятьдесят, а дальше непонятно.
Прежний наш барин мягкий был, вот Горазд и наглеет по привычке. Раньше не лез так близко. А теперь, видимо, хочет Рудник прибрать к рукам. Ему ж доносят всякое, коль люди там ходят, нечисти бояться нечего.
— А так можно что ли? — Развожу руками. — Мы ж оба под князем ходим.
— Он брянскому князю служит, — поясняет Петруха.
— И что? Государство–то одно, — ворчу. — Кому эти внутренние распри нужны?
— А никто и не устраивает сечу, — усмехнулся Пересвет и стал пояснять.
— Здесь кто кого спровоцирует хитрее. Чтоб был повод князю своему пожаловаться, а далее попросить компенсации. Скажем, за убиенного дружинника или поколотую лошадь Горазд и попросит Рудник. Было бы легче, если один князь над всеми. А тут вопрос деликатный выйдет, потому что между княжествами.
Ну вот, этого мне ещё не хватало.
— А это точно с подачи барона? Может, разбойники устраивают подставы? — Переспрашиваю.
— Точно, точно, — отвечает Петруха пришиблено. — Ходит слух, что Горазд польскому королю присягнул.
Тот ему серебра даёт, чтоб шпионов его прятал. И понемногу оба княжества расшатывал.
— Да не бреши, — возмутился Пересвет. — Сам он лезет. Хитрый и жадный. Проверяет он тебя, Ярослав.
С такой квадратной матёрой ряхой и не поспоришь.
— Как же не хочется мне к нему сейчас ехать и морду бить, — вою.
— А и не дано, — посмеивается Пересвет.
— Хочешь, я его тихо прирежу ночью? — Предлагает Гайя спокойным тоном.
— Ага, свалим убийство на половцев, — гнусавит Дарья.
— Или на поляков.
Чернявка смотрит на Дарью так гипнотически, будто сейчас вцепится.
— Гайя, ну полно уже, — стонет магичка.
— Заскучала я, — выдаёт чернявка и вздыхает.
— Какие ещё предложения? — Спрашиваю не без иронии."
"— Я разберусь, — заявляет Пересвет. — У Рудника караулить буду, людей наших в обиду не дам. Лет пять назад уже гонял соседских, видать забыли.
— Хорошо, — соглашаюсь я быстро. — Петруха, дашь два десятка дружинников в усиление.
