А дальше видно будет!
Корчагин прошел на кухню, присел на стул, положив локти на стол, и спросил, уже спокойно:
— Слово майора спецназа даешь? И что за службу ты представляешь, майор?
Андрей ответил:
— Какая разница? Да и знать тебе это необязательно.
— А что мне вообще можно знать? Или меня решили использовать в качестве марионетки?
— Нет. Никто и ни в чем тебя использовать не намерен. Ты какое-то время просто посидишь здесь, в квартире, а потом… потом решим, что делать дальше. Но это будет позже. Насчет же того, можно ли тебе вообще что-то знать… Можно! И сейчас ты убедишься в этом!
Андрей достал из холодильника бутылку водки, тарелку с закуской, из шкафа два граненых стакана.
Бросил к пепельнице пачку «Мальборо», зажигалку. Корчагин тут же закурил, спросив:
— Мы что, собираемся пить? Интересно, по какому поводу? Уж не за мой ли побег?
— Нет, Валера. Кстати, меня зовут Андрей. Пить мы будем не за твой побег и не сразу, а после того, как я расскажу одну напрямую касающуюся тебя историю. Извини, Валера, но я должен сообщить тебе трагическую новость!
Корчагин вскинул взгляд на Сургина:
— Саша?
— Да.
— Что с ним?
— Он погиб, Валера!
Корчагин обхватил виски ладонями. Затем тихо спросил:
— Как это произошло?
Андрей поведал ему все, что знал о судьбе покойного капитана.
Валерий проговорил:
— Значит, Саня решил бежать?
— Да.
— А эти твари даже за него, за мертвого, продолжают требовать выкуп?
— Продолжают!
— Суки! Слушай, майор, свяжись со своим начальством, прошу тебя, добейся, чтобы меня отпустили.
Сам поеду, пойду, поползу в Чечню, но Джалалу этому башку сверну! Свяжись, майор!
Андрей остудил пыл Корчагина-старшего:
— Нет, Валера! Ты, как было сказано ранее, какое-то время будешь находиться здесь. А к духам пойду я.
— Ты?
— Да, я! Тебя удивило сходство между нами, и ты пытался просчитать, для чего, в каких целях подготовлен двойник. Теперь, надеюсь, понял, что к чему.
Корчагин впился взглядом в глаза Сургина:
— Ты пойдешь мстить за моего брата?
— Не только, но и за этим тоже!
— Семья знает о гибели Саши?
— Пока нет.
Ей сообщат после того, как мне удастся внедриться в банду!
— Ясно! Господи, у него же сын семи лет! Жена прекрасная, мать с отцом. Представляю, какой удар им всем придется перенести! Черт! Ну как же он дал заманить себя в засаду? С его опытом?
— Ты, Валера, не хуже меня знаешь, что на войне иногда происходят вещи, которые не поддаются никакой логике. Но Александр держался достойно. И во время боя, и в плену.
