Лестница лестницей, а я на всякий случай пару лебедок прикажу сюда доставить. Если что, они вас быстро на поверхность поднимут!
— Это мысль, — заметил Андрей и приказал: — Мирон, Кунц! Пошли по лестнице вниз!
Капитан Павлов успел прихватить с собой мощный фонарь-прожектор. Отпустив от себя бандитов метров на двадцать, секретные агенты Потапова двинулись следом за ними. Спустились быстро. Ни один из промежуточных люков шахты заблокирован или заминирован не был. Не встретилось растяжек и в самом бункере, где остановилась группа Сургина.
Пункт управления ракетного дивизиона без оборудования представлял собой прямоугольную комнату, к которой, как и было указано на схеме, примыкали еще два помещения, одно для отдыхающей смены боевого расчета, в другом находилось оборудование системы нагнетания воздуха. Эта система состояла из двух двигателей внутреннего сгорания, двух крупных электромоторов, воздухозаборника, который спускался с потолка, труб для отвода отработанных газов, вмонтированных в стену, и огромного вентилятора в стене за предохранительной решеткой, который в настоящее время приводился в действие через компрессор одного из двигателей внутреннего сгорания.
Электромоторы не работали, это и понятно, бункер обесточен, второй двигатель также молчал. Чуть выше располагался резервуар для топлива. Ну и рядом с вентиляционным отверстием находилась распахнутая бронированная, как и все на стратегическом объекте, дверь, ведущая непосредственно в подземный ход.
Андрей взял у Павлова фонарь, посветил. Луч ушел вглубь, не отражаясь. Сургин готов был уже отдать команду начать движение вперед, но остановился. Не мог Гладарев действовать как дилетант и обойтись без какой-либо пакости для тех, кто будет его преследовать. Не мог! Майор приказал Павлову:
— А ну-ка взгляни, Слава, в резервуар, посмотри, сколько в нем топлива?
Капитан поднялся по небольшой лестнице и тут же ответил:
— Двадцать литров.
Сургин удивился:
— Откуда такая точность?
Павлов объяснил:
— Да здесь индикатор стоит. Показывает остаток бензина. Критическая черта обозначает сто литров, а поплавок ниже, где-то как раз на отметке в одну пятую от критической черты. Получается двадцать литров, майор, ну, может, чуть больше!
Андрей проговорил:
— Так! Движки от «ГАЗ-52» за один час работы сжигают, если мне не изменяет память, то ли восемнадцать, то ли двадцать два литра.
