Что с ней случилось? Почему она погасла?
— Ничего, Лан, я понимаю, что я… Не вовремя… Просто ты не отвечала по телефону, и в соцсетях, вот я и…
— Ой, да я сто лет назад пароль потеряла ото всего, — машет Ланка, — когда телефон посеяла… И номер сменила тогда же… Ну ладно, ты-то как? Чего сюда?
— Я… Понимаешь, у меня тут обучение… — я начинаю путанно объяснять причины своего приезда именно сюда, в город, где родилась и выросла моя мама, но Ланка слушает невнимательно, постоянно оглядывась на закрытую дверь.
И я умолкаю, тоже глядя в том направлении.
Потому что дверь чуть открывается, и на пороге появляется маленький, лет четырех примерно, мальчик…
Он смотрит на меня, щурясь удивленно, и неожиданно улыбается.
И я с восторгом изучаю такие знакомые ямочки на щеках, озорную прореху в передних зубах и веселый прищур.
— Вальчик, — зовет его Ланка, — иди, познакомься с тетей Марусей.
И я вижу, как мальчик идет ко мне, медленно переставляя странно искривленные ножки и покачивась неуверенно при ходьбе.
На последних шагах он не удерживается и падает.
Прямо мне на руки.
Ловлю, тяну к себе, сажаю на колени, аккуратно, постоянно посматривая на Ланку. Но она не возражает, а значит, я не наврежу, если посажу и обниму.
— Привет, — говорю я, придерживая тонкокостную фигурку Вальчика, — а ты у нас Валентин, да?
— Да, — кивает он серьезно, — а ты кто?
— Я — сестра твоей мамы, тетя Маруся.
Он смотрит на меня, внимательно, серьезно, совсем не по-детстки, и я теряюсь под этим пронзительным взглядом.
Вальчик проводит ладошкой по моей щеке и сообщает:
— Ты красивая.
— Ты тоже, — улыбаюсь я.
Я смотрю на него, перевожу взгляд на Ланку, и она пожимает плечами:
— Вот, как-то так, Марусь…
Глава 2
— По диагнозу — врожденная патология… Но я уверена, что родовая травма, — Ланка крутит ниточку от пакетика с чаем, самым простым, самым дешевым, резко пахнущим отдушкой манго.
Мама обычно сама делала чайные сборы. И после ее смерти их так много осталось, лет на десять хватит… Хватило бы.
Мы сидим на маленькой кухоньке, с чистеньким, но очень старым гарнитуром, сбоку тарахтит ветхий холодильник, периодически принимается биться в припадке стиральная машинка… Короче говоря, обычный быт небогатой семьи.
Мой до недавнего времени мало чем отличался, хотя… Хотя у меня был дом. И в этом доме — большая, двадцатиметровая кухня, в которой мы с той же Ланкой, было дело, танцевали даже когда-то…
Я вспоминаю, какая она тогда была: веселая, летящая, искрилась буквально.
