До Моховой, если на метро и пешком, всего-то двадцать минут, и я с удовольствием прогуляюсь по утреннему Питеру, тем более что дождь вроде как не собирался, хотя тучи, как всегда, закрывали небо. Выйдя на улицу, вдохнула полной грудью сладковатый, свежий, наполненный запахами дождя и мокрых листьев воздух – даже привычные для города резкие ароматы выхлопов от машин лишь оттеняли этот причудливый букет. Я задумчиво улыбнулась, зашагав по Садовой к метро. Странно, но, несмотря на события вечера и то, что Лис откровенно удрал от меня утром, настроение держалось на отметке «хорошо».
Перспектива встречи с Рэмом и поездки с ним же в Порошкино… волновала и все же больше радовала, чем беспокоила. Я успокоила себя тем, что мне хотелось расспросить его еще раз, уже в свете полученных из сети сведений о барсах.
Не знаю почему, но любопытство зудело, как укус комара, требуя удовлетворения, хотя где-то в глубине души и звенел осторожный звоночек, что не стоило бы этого делать. Но вместо того чтобы решать вопрос, что делать с предложением Женьки, я упорно думала о Рэме, его клане и татуировке.
И своем туманном прошлом. Ну и странные предсказания Рады тоже нервировали. Я на автопилоте прошла в метро, проехала одну остановку и вышла на Гостинке, дальше пешком оставалось совсем немного. А еще Женька почему-то не звонил. Наверное, занят был, и, может, к лучшему – меня тоже дергать не будет. Я глубоко вздохнула и поглубже спрятала лицо в воротник куртки, хмурясь и пытаясь хоть как-нибудь унять сумбур в мыслях.
«Хорошо» медленно, но верно скатывалось потихоньку вниз, вернулось мерзкое чувство вины, до поры до времени дремавшее в глубине души. А еще заворочалась глухая тоска и мелькнула все та же пугающая мысль, что по-прежнему уже ничего не будет.
Так, хватит, личные проблемы оставляем дома, впереди предстоит работа. Я расправила плечи, ускорила шаг и через некоторое время уже подходила к знакомому подъезду, мельком отметив, что машина Рэма, конечно, стоит у тротуара.
Легко взбежав по ступенькам, я остановилась у двери офиса, невольно задержав дыхание: мой чуткий нос сразу уловил запах морозных ландышей, будто Рэм стоял с той стороны в коридоре. Да ну, ерунда какая, Аленка, возьми себя в руки, в конце концов! Я сжала губы и решительно дернула дверь на себя, входя в квартиру.
– Всем приветик! – крикнула из коридора, раздевшись и нацепив на лицо дежурную улыбку, вошла в гостиную.