Елена расценила это как победу над медперсоналом и стала потихоньку наглеть: покуривать в женском туалете, воровать продукты у соседок по палате. А еще она до мелочей продумала план, как ей не просто вырваться на свободу, а обеспечить себя крышей над головой, сносной едой и маленькими развлечениями. Центральной фигурой в ее плане был Киселев.
Придя на очередную встречу, Олег спросил:"
"– После выписки куда пойдешь?
Елена грустно вздохнула, и в этом вздохе была такая обреченность, что у молодого оперативника дрогнуло сердце: он понял всю бестактность своего вопроса.
Чтобы загладить вину, Олег перевел разговор на другие темы. Он стал рассказывать Кайгородовой о себе, о спортивной юности, об учебе в институте. Киселев не заметил, как наркоманка осторожно, ненавязчивыми наводящими вопросами выведала у него все, что ей было нужно: с кем живет, кто у него друзья, была ли девушка, какие у него отношения с Ефремовым.
Разоткровенничавшись, Киселев не заметил, как вернулся к началу разговора.
– Чем будешь после выписки заниматься? – спросил он.
– Повешусь, – спокойно, как о чем-то само собой разумеющемся, ответила Елена. – Скручу в хозяйственном дворе веревку, выберу березку постройнее и вздернусь.
– Ты… ты… это…
Олег не нашелся что сказать, как объяснить молодой девушке, что жизнь после выписки вовсе не заканчивается, а, наоборот, только начинается.
– Я – конченый человек, – грустно сказала Кайгородова. – Мне некуда идти. Квартиру, которая осталась от родителей, брат давно «проколол» – продал, деньги потратил на наркотики.
На улице я жить не смогу, в притоны возвращаться не хочу. Понимаешь, – девушка сквозь набегающие слезы посмотрела в глаза оперативнику, – мой брат и его дружки везде найдут меня и заставят колоться. Я никуда от них не денусь, не смогу начать новую жизнь. Не грусти по мне. Я давно умерла. От меня осталась только оболочка.
Наркоманка положила теплую ладонь на руку Киселева, и оперативник почувствовал, что сам готов расплакаться от жалости к несчастной девушке и от собственного бессилия.
Что он мог сделать? Поубивать-пересажать дружков брата Кайгородовой, увезти ее в другой город, устроить на работу… Ничего он не мог. Материальных возможностей вырвать Лену из лап улицы у Олега не было.
– Я что-нибудь придумаю, – пробормотал Олег, встал, пошел на выход.
– Подожди, – тихо, одними губами сказала Кайгородова.
Киселев замер, обернулся проверить, не послышалось ли ему. Едва заметным движением Кайгородова позвала Олега за собой.
