Вне себя от бешенства Алексей двинулся к столу, но Видок тотчас же наставил на него пистолет.
– Без глупостей! Убивать вас я не стану, но могу доставить достаточно хлопот, прострелив руку или ногу. Гарантирую вам очень неприятные ощущения. Так что лучше сядьте.
Алексей плюхнулся обратно на канапе, стараясь не глядеть на Видока. Губы у молодого человека почти побелели. Он тяжело переживал свое поражение. Полина опустилась в кресло, развернула портрет Лёвушки и принялась деловито стряхивать с него пылинки, словно происходящее ни в малой мере ее не касалось.
– Вы подлец, – сказал Алексей сыщику.
Видок только плечами пожал.
– Я просто использую свои преимущества, вот и все. Теперь, когда вы все знаете, было бы неразумно отпускать вас. Ничего не хотите добавить к своему рассказу о шкатулке?
– Мне нечего добавить.
– Мне тоже, – поддержала напарника мадемуазель Полина, вновь заворачивая портрет.
Старый сыщик вздохнул.
– В сущности, я спасаю вашу жизнь.
Пока вы со мной, вам нечего опасаться. Вы хоть об этом подумали?
– Я не нуждаюсь в защитниках, – проскрежетал Алексей.
– Мы не нуждаемся, – поправила его спутница.
– Еще как нуждаетесь! – живо отозвался Видок. – Вы попали в очень непростую ситуацию, в которой никому не можете верить. Друзей у вас нет, покровителей – тоже. В сущности, вы никому не нужны. Так будьте хоть капельку признательны мне за то участие, какое я принимаю в вас.
– Можно подумать, совершенно бескорыстно, – язвительно, как ему казалось, произнес Алексей.
Видок укоризненно покачал головой.
– Дитя, запомните: в нашем мире никто и ничего не делает бескорыстно. Разумеется, я использовал вас. И намерен и дальше вас использовать, а как же иначе? Вы единственные видели ту чертову шкатулку и держали ее в руках. Так разве я могу вас отпустить? И потом, чисто по-человечески вы мне очень симпатичны. Я бы не хотел, чтобы вас выловили из Сены с пулей между лопаток и мне пришлось бы опознавать ваш раздувшийся труп… или ваш, мадемуазель.
Так что, вместо того чтобы точить зубы на злобного папашу Видока, хуже которого нет никого на свете, порадуйтесь лучше, что он находит вас достаточно сообразительными и смелыми для того, чтобы взять к себе в помощники. Поймите: даже если вас используют, то это верный признак того, что не могут без вас обойтись!
По мере того как Видок говорил, Алексей испытывал странное ощущение.
