– Что ж, поживем – увидим. Может, не в цвет твое погоняло...
– А вдруг не увидим?.. Может, я в сторону отвалю...
– Не-а, не отвалишь, – недобро усмехнулся Вагонетка. – Или с нами, или в расход, только так карты и ложатся. Сечешь?
– Короче, копейка вход, рубль выход...
– Это в других «бригадах». У нас выход – пуля...
Пространство между ними, казалось, наэлектризовано до предела. Еще чуть-чуть, и проскочит искра.
– Да ты не стращай, я уже для себя все решил...
– Ну тогда живи... – разрядил обстановку Вагонетка.
– Я «бригадир», ты «бык», мое слово для тебя закон. Срубил?
– Срубил...
– Ну и ладно... А теперь пошли...
Из всех пацанов, толпящихся у машин, Вагонетка выбрал только Леона. Повел его за собой в дом.
Обычная деревенская изба. Сени, две комнаты с примитивной обстановкой.
В первой комнате валялись связанные бауловцы. Под присмотром качка в кожанке и с «помповиком». Одного пленника уже усадили на стул в другой комнате, привязали к спинке, закинули кверху голову.
На лавке в углу комнаты сидел неприметного вида мужичонка.
Казалось, он здесь посторонний и удивительно, что его не гонят прочь. Но так могло показаться только с первого взгляда. Скоро Леон понял, что мужичонка здесь главный.
Рядом с пленником стоял мужчина в белом халате. Неторопливо, с садистским блеском в глазах он раскладывал на столе инструменты. Длинные иглы, ножницы с зажимами, кусачки, скальпель, склянку с камфорным спиртом. Орудия пытки. Пленник смотрел на эти приготовления полными ужаса глазами.
Когда «доктор» достал и положил на белую скатерть бинты и вату, он едва не потерял сознание. Такова психика человека. Бинты ужасают даже больше, чем раскаленные иглы...
Пытки еще не начались, а пленник был уже полностью деморализован.
– Буркалы разуй, а хлебало на замок, – шепнул Леону Вагонетка.
Это значило: «смотри и молчи».
– Ну что, милок, будем говорить? – елейным голосом спросил мужичок.
– Не, ну вы скажите, чо надо? – Пленник был в панике.
– Булатников Иван Геннадьевич – это имя тебе что-нибудь говорит?
Леон приободрился.
Значит, действительно этих гадов взяли из-за Ивана. Каким боком к этому делу примешался Граф, неважно. Главное, справедливость восторжествует...
– Да нет, ничего...
Мужичок сделал едва заметный знак «доктору». Тот взял иглу потолще и вплотную подступил к пленнику. Сжал пятерней его большой палец, поднес к ней иглу.
– Не надо!.. Знаю, я знаю...
«Доктор» брезгливо отбросил его руку и отступил на шаг.
– Говори...
