Но они оба понимали, что примирение это показное. Им просто нельзя было сейчас враждовать, ибо это еще больше пошатнет устои организации. И ослабит их позиции. А этого ни тому, ни другому не хотелось.
Бекас переговорил с америкашкой, лечащим врачом Наташи. Ему нужно было знать, даст ли он заключение о ее дееспособности. Этот козел полосатый сказал «нет». И хрен чем сдвинешь его с места.
Да только Бекасу начхать на его «нет». В городе полно врачей, которые скажут «да». Его человек уже начал собирать компетентную комиссию, она даст нужное заключение.
А вчера его люди замочили одного бича. Облили его бензином и подпалили – только кости обугленные остались да череп. И купленные судмедэксперты уже составили акт, что останки покойного принадлежат Леонтию Булатникову. И выписали свидетельство о смерти. Теперь Наташа считается вдовой.
С загсом все договорено. В самое ближайшее время его и Наташу распишут, они станут мужем и женой. Юристы уже суетятся, составляют все необходимое для того, чтобы переоформить на Бекаса собственность Графа.
* * *Мистер Голдуэн сдержал свое обещание. За каждый день, что она проводила с Наташей, он платил ей двести долларов. А таких дней было уже не меньше десяти – в карман Маргарите Витальевне легли две тысячи долларов.
Надо сказать, что мистер Голдуэн не зря платил ей.
Наташа долго вспоминала, кто такая Маргарита Витальевна. А когда вспомнила, ее лицо озарила приветливая улыбка. Правда, она была недолгой. Ее взгляд вдруг помутнел, устремился куда-то вдаль.
Ее снова накрывало волной безумия. В трезвую действительность она вернулась только на следующий день.
«Наташа вспомнила вас, – говорил мистер Голдуэн. – А потом связала вас со своим мужем. И ее накрыли воспоминания».
В следующий раз Маргарита не дала ей времени вспомнить роковые моменты прошлого. Она заполнила ее сознание разговорами о модельном конструировании, о высокой моде, о подиуме. В глазах Наташи появился интерес. Правда, надолго его не хватило.
Наташе не стало лучше. И все же результат был.
С каждым разом она все дольше слушала Маргариту, интерес становился все живее.
– Я боюсь об этом говорить, но, кажется, мы на верном пути, – сказал мистер Голдуэн.
И на радостях обнял Маргариту.
Они стояли посреди большой светлой комнаты, откуда только что увели Наташу. Сегодня она слушала свою учительницу как никогда долго. Но волна безумия все же ее накрыла.
– Наташа будет здоровой. – Маргарите очень хотелось, чтобы к ней вернулся рассудок.
