– Будильник зацепил взглядом Мизинца и Ржаного. – Хватайте все это барахло, – показал он на раскладушки и матрацы, – и в ту комнату...
Во второй комнате из мебели были только диван, кресло-кровать, журнальный столик и тумба, на которой стоял японский телевизор и видеомагнитофон. Обои на стенах свежие, пол чистый, нигде ни пылинки. Шторки на окнах аккуратные. Уютно, словом. Но весь уют куда-то исчез, когда комнату загромоздили раскладушками, побросали на пол матрацы. И одеяла появились, и постельное белье.
– Не хата, блин, а казарма, – заметил Мизинец.
– На тюфяки залегаем, братва, такие вот дела... – объяснил Будильник.
– А где здесь тюфяки? – удивленно глянул на него Ржаной.
– Да хрен его знает, – пожал плечами «звеньевой». – Вагонетка сказал, на тюфяки залегаем, типа конспирация. Вот и понимай...
– Можно вас на минутку? – послышался из коридора вежливый голос хирурга.
На «вы» к Будильнику обращается. На хрен бы его лучше послал...
Леон видел, как врач протянул «звеньевому» какой-то список. Они о чем-то поговорили, и «лепила» вернулся к раненому.
Будильник нарисовался в комнате.
– Ты! – ткнул он пальцем в грудь Бобру. – Чего?.. – буркнул тот.
– И ты! – Выбор пал и на Мизинца.
– Ну...
– Не нукай, не ты, а тебя запрягают... – Будильник протянул Бобру докторский список. – Все, что здесь нацарапано, сюда притащить...
Бобра задание не расстроило. Напротив, ободрило. Он рад был угодить своему лучшему другану. Для Беса ведь нужны инструменты и лекарства, не для папы римского...
Мизинец взял из рук Бобра список, пробежался по нему взглядом.
– Я, конечно, не доктор, но где всю эту херомундию достать, знаю, – сказал он. – Главврач у меня знакомый есть... Только без «бабок» он не даст...
– «Бабки» – великая сила, – растянул губы Будильник.
Он прошел в коридор, поднял с полу брошенную им же сумку. Вернулся в комнату, вжикнула «молния» замка...
– Вот, это тебе, – он протянул Мизинцу свернутые жгутом и перетянутые резинкой стодолларовые купюры. – Ты сегодня в баньке не слабо баульских попарил.
.. Держи, премия. Здесь три штуки.
Премия. Три тысячи баксов. Граф, а с его подачи Вагонетка и Будильник держали своих подчиненных не на одном энтузиазме. Сделал дело – загрузи карман бабками. Такой расклад устраивал всех. В том числе и Леона. Он не без удовольствия получил свои три «зеленые» тонны. По столько же обломилось Бобру и Ржаному. А еще Бесу и Коту причиталось. Короче, всем, кто валил баульских. Супец и Карл не сделали ни единого выстрела.
