А еще подарки эти… Знаешь, кем я себя чувствовала, когда брала деньги на расходы у твоего Данияла? Приживалкой, а ведь мы не нищенки с тобой, просто тут такие свадьбы гуляют, просто жесть, нам с тобой квартиру пришлось бы продать, чтобы все это оплатить.
— Дан так не думает!
— Дан не думает, да, а у остальных прям на лицах написано. Я только и слышу, как они сокрушаются, что у невесты никого нет, кто мог бы взять на себя как ни одно, так другое. Будь с нами родители и толпа родственников, уверена, все было бы по-другому.
Они ненадолго замолчали.
— Если бы родители были живы, мы с Даном никогда бы не встретились, — сказала в темноту Данка.
— Ничего подобного. Отца давно звали в столицу на повышение, так что мы бы и так переехали. Ты же знаешь, Дань, я фаталистка, и если Даниял — твоя судьба, то ты бы с ним встретилась даже на краю света. А если б родители были живы, мы с тобой никогда бы не узнали, какие гниды наши родственнички и продолжали с ними общаться.
— Это точно, — вздохнула Данка.
— Хорошо, что вы уедете, — помолчав, выдала Оля, — я бы не хотела, чтобы ты осталась здесь жить.
— Почему? — Дана тоже не хотела, но интересно было послушать сестру.
— Потому что, где родился, там и пригодился, Дань. Мне Рустам рассказал, мать Данияла так и не смогла здесь прижиться. Ее никто не обижал, ваша бабушка Мадина золотая бабуська, она хорошо к ней относилась. Но вот не прижилась, и все. Домой хотелось, плохо ей тут было, климат не подходил, а тут еще вторая беременность. Она просто истаяла, угасла.
Шамиль чуть с ума не сошел от горя, долго не женился.
— Ну да, Даниялу двадцать восемь, а Залине, его сестре, двадцать, — согласилась с ней Данка.
— С Аминат его родители сговорили, боялись, что он так вдовцом и останется, — задумчиво продолжила Оля. — Кстати, тебя предупредили, что завтра на свадьбе будут Арисхановы?
— Кто? — Данка даже привстала в постели.
— Партнер Баграевых по бизнесу, дочку которого за твоего Дана просватали. Лучше, если ты будешь к этому готова.
Данка сползла обратно на подушку. Этого еще не хватало! Хоть Даниял убеждал ее, что сговоренная невеста для него никогда не была невестой по-настоящму, меньше всего на собственной свадьбе ей хотелось видеть бывшую соперницу.
— Я боюсь, Оль, — проговорила Данка, — ужасно боюсь сделать завтра что-то не то.
— Вот еще, чего тебе бояться? Ты законная жена, главное, завтрашний день продержись, а там Бали и Цюрих. Я очень хочу, чтобы поскорее все закончилось.
