Он с полчаса не мог в себя прийти, пока лекарство не подействовало. Что бы он делал, если бы Дана не передумала?
Он и сейчас задал себе этот вопрос. Волна стекала вниз пеной, солнце над океаном сияло, впереди виднелся искрящийся край тоннеля. Ответ пришел сам собой. Для него все закончилось бы еще тогда, в первой трубе. Пайплайн не отпустил бы его, и Дан сам был с ним согласен.
Жизнь без любви пуста. Если никогда не любил, тогда не знаешь, как это бывает. Но однажды испытав любовь, не получится жить дальше и притворяться, что ее нет.
Теперь Дан знал это наверняка.
Осталось совсем немного, он уже почти вышел из тоннеля, теперь главное не разорвать связь с океаном раньше времени. Дан вылетел из трубы и ему показалось, кто-то совсем рядом облегченно выдохнул.
* * *Данка, сцепив пальцы, напряженно вглядывалась в морскую даль, у нее даже глаза слезились. Серферов было много, но ее взгляд был прикован к одному-единственному. Его бы она узнала при любой плотности народа на лайн-апе.
Сын и дочь тоже изо всех сил болели за отца.
Настя, прижав к груди кулачки, громко шептала:
— Папочка, папочка, папочка…
Никитка же в свойственной ему манере хмурил брови и время от времени повторял:
— Наш папа лучший, он обязательно пройдет!
Дану умиляла вера сына в отца, для Никиты Даниял, летающий на серфборде по волнам, ассоциировался с настоящим божеством. Особенно после того, как мальчик сам попробовал встать на волну.
Но Данка видела, как тяжело даются мужу некоторые маневры, как скованны порой его движения, особенно если сравнивать с Джейком, тренером Данияла.
А ведь она просмотрела все его старые записи, там Дан был совсем другим, он двигался легко и свободно, и Данке было невыносимо жаль, что им обоим пришлось пройти через все это.
Сейчас она молилась лишь о том, чтобы Даниял успел выйти из трубы — хотя серферы называют это бочкой — прежде, чем волна «закроется». Чтобы волна не «разрушилась» и не «сломалась». Чтобы Дан вернулся на берег, и они все втроем могли его обнять.
Муж успокаивал ее и обещал, что все будет хорошо, а волна — ну что волна, он же не претендует на чемпиона мира. Техника у него в порядке, то, что народу много на волне, так, когда соревнования, всегда людно. Главное — соблюдать этикет и уважать океан. С этого он и начал обучение сына.
В остальном, конечно, воспитатель из Данияла был никудышний. Дети вертели им как хотели, ладно совестливый Никитос, а вот фортелей от дочери Данка никак не ожидала.
