— Какая большая кровать! — вбежал Никита, за ним заявилась запыхавшаяся сестренка. — А можно попрыгать?
— Вы уже папе весь дом вверх дном перевернули, — укоризненно сказала Дана.
Даниял готов был разрешить им перевернуть вверх дном всю свою жизнь, а не только квартиру.
— Пусть прыгают, если хотят, Дана, — попросил он, беря ее за локоть, который она тут же незаметно высвободила. И добавил, понизив голос: — Не волнуйся, постель чистая, домработница ее меняет через день.
По тому, как брезгливо она повела плечом, было ясно, что его догадки более чем правильные.
— Папа, а можно мы у тебя будем спать? Все вместе, мы же поместимся? — подбежала Настя, и он подхватил дочку на руки.
— Конечно, поместимся, радость моя. Если мама разрешит, оставайтесь.
— Вам нужно переодеться, завтра в садик, а папе пора ложиться спать, он завтра с утра должен быть в офисе раньше всех.
Ну да, теперь он не генеральный директор, а управляющий, наемный сотрудник. Даниял усмехнулся и осторожно опустил ребенка на пол.
— Только сначала я вас отвезу.
И отвез, несмотря на уверения Даны, что они прекрасно доберутся на такси. Его удручала ее отстраненность, особенно, в сравнении с той пылкостью, с которой они занимались любовью в его кабинете. Оба раза.
Сейчас Дан ехал в больницу к отцу, а вечером он обещал детям посмотреть с ними мультики у себя дома. Те пришли в полный восторг и по дороге в сад спорили, что именно будут смотреть сегодня с Даниялом. При этом Данка снова показалась ему грустной, но на все вопросы отвечала неохотно и достаточно категорично.
Прежде чем идти в палату к отцу, Дан заглянул в ординаторскую — сегодня Ольга должна была дежурить днем. И увидел ее за столом, погруженную в бумаги. Надо же, доктор, а та же песня, что и у него — целая гора чертовых документов…
— Ольга Михайловна, это к тебе, — окликнула ее брюнетистая дамочка и с любопытством стрельнула глазами в Данияла. Он не счел нужным как-то реагировать, а Ольге приветственно кивнул.
Та молча поднялась, вышла в коридор и, прикрыв дверь, наконец-то посмотрела на Дана.
— Если вы по поводу Шамиля Гурамовича, то у него теперь другой лечащий врач, и я…
— Я знаю, — перервал он ее и собрался с духом: — Ольга. Оля. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь отплатить тебе за все, что ты сделала для меня и моей семьи. Если бы не ты…
— Ты слышишь себя, Даниял? — округлила она глаза и заговорила громким шепотом, а ему это напомнило, как из-под крышки со свистом вырываются струи пара. Похоже, девушка еле сдерживалась.
