— Откуда взялись эти снимки, ты знаешь?
— Знаю, — лицо отца исказилось настоящей болью, — лучше бы не знал. А теперь как в огне. Я мог бы ее просто утопить, но девочки пострадают из-за этой змеи. Я сослал ее к Рашидовым, у них как раз пятый ребенок родился, для всех она просто уехала помогать. Но ты сам знаешь, сынок…
— Она — это Аминат? —уточнил Даниял.
— Да, сынок. Аминат. Она спрятала в ванной камеру. Сотворить такое в моем доме… — теперь его пальцы вцепились в простыню. — И Заурбек пошел у сестры на поводу. Ей твоя женитьба разрушила все планы, она надеялась, что ты прогонишь свою Дану и женишься на Арисхановой.
— Она оказалась права, папа, я так и сделал, — у Данияла не оставалось сил на сарказм, он лишь констатировал факт.
— Что вы теперь от меня хотите? — устало вклинилась в разговор Ольга. Ее голос звучал холодно и безжизненно. — Зачем вы приехали? Разбирались бы с женой, мне нет дела до того, кто сфабриковал фото моей сестры.
— Я не к тебе приехал, девочка, и не к Даниялу. Я приехал убить Заурбека.
Лично. Он должен поплатиться за предательство семьи.
Ольга поморщилась, но ничего не сказала, и Дан снова отстраненно подумал, что она почему-то ничуть не удивилась словам старшего Баграева. Может, ей тоже кажется, что этот театр абсурда лишь затяжной сон, и уже давно пора просыпаться?
— Все правильно, девочка, все правильно, — отец держался из последних сил. — Ты должна меня ненавидеть, и его тоже. Не спасай меня, не надо, зачем мне такая жизнь? Или хочешь, зарежь меня в операционной, я буду только рад.
Я сам себя наказал, мне так хотелось внуков от Лены, а их нет и уже не будет. Скажи, — он уже перешел на шепот, — их правда было двое?
Ольга странно замешкалась, зачем-то глянула на Данияла, а потом кивнула.
— Ваш сын молод, у вас еще будут внуки, — сказала надтреснутым голосом.
— Нет, детка, он до сих пор любит твою сестру, — прошептал в ответ отец, — а для родителей нет ничего страшнее, чем смотреть, как мучаются их дети.
— Отец, Аминат передала фото Заурбеку? Это он сделал тот ролик? — теперь уже Дан решил вмешаться.
— Нет, что ты, Заур для такого бесполезен. Аминат призналась, что передала снимки Дзагоеву.
— Какому, …, Дзагоеву? — раздался резкий голос, дверь сбоку распахнулась, и в предоперационную быстро вошел Аверин в сопровождении крепкого высокого мужчины с седыми висками.
— Дядя Сережа? — изумленно воскликнула Ольга. Мужчина подошел к ней и приобнял за плечо.
— Ты… — чуть не задохнулся отец, завидев Аверина.
