Потом они захотели получить гостинцы-подарки от именинницы, и она смирилась. Встала у окна, глядя на зеркльный пруд, там ее и нашел Даниял.
Он не узнал ее, не узнал, как же повезло, что сейчас карантин и нужно носить маски! Теперь осталось пониже наклонить голову и, сославшись на занятость, ретироваться. Несмотря на острую, колющую боль в груди, несмотря на то, что безумно хочется повернуться и посмотреть ему в глаза.
— Даша! — Дан поймал ее локоть, и она чуть не закричала. Когда он в последний раз к ней прикасался, он тоже крепко держал ее за локоть.
«Убирайся! Убирайся из моей жизни!»
Даже показалось, что он это сказал, но Даниял лишь поспешно и неуклюже попытался пригласить ее… на свидание? Данка совсем растерялась, но все же у нее хватило выдержки соврать.
Она чувствовала его дыхание, он был совсем близко, особенно когда наклонился ниже, чуть ли не спрятав лицо в ее волосах. И от этого становилось еще больнее. Как в тумане Данка забрала детей, торопливо попрощалась с Аланой, и, крепко сжав детские ладошки, побежала к выходу из ресторана.
Вызывать такси не пришлось, несколько машин ожидали на парковке. Дана впихнула детей в стоявшую ближе всех и чуть ли не рухнула на сиденье. Ноги не держали, перед глазами вращался калейдоскоп из кадров короткого прошлого с Даниялом, перемежающихся с сегодняшними.
Мужской взгляд, полный желания и вожделения в номере для новобрачных. Каменный Дан, идущий к ней по залу, швыряющий вслед автомобилю кольцо и бьющий кулаком в стену.
И он же, бережно обнимающий маленькую Настю и улыбающийся насупленному Никитке…
Данка снова и снова прокручивала в голове сегодняшнюю встречу. Как такое вообще возможно? Почему из сотни, тысячи вариантов ее угораздило попасть именно к Баграевым? Как она умудрилась забыть, что Аланой звали старшую из сестер Данияла?
На той свадьбе не было ни Аланы, ни ее мужа Батраза — Алана ждала ребенка и лежала на сохранении. Данка вспомнила, как часто упоминала Бутаева о своем старшем брате, но в самом страшном сне ей не могло присниться, что этот брат — Даниял…
Она едва удержалась, чтобы не развернуть такси на выезд из города.
Теперь так просто не убежишь, она не одна, дети ходят в садик, у них там уже появились друзья. С этим следует считаться. А срывать сестру с хорошего места, где ее знают и ценят, и вовсе свинство.
Чуть ногти грызть не начала, как вдруг ее озарила одна мысль, и Данка так и замерла с приоткрытым ртом.
