Глядя на танщующие на экране имя и отчество, я успеваю испытать и острую панику и концентрированную надежду. Очнулась? Уже три с лишним недели прошло. Пора.
-Добрый день, Алан Георгиевич, - звучит знакомый басовитый голос. - Я буду у себя еще пару часов. Сможете подъехать?
-Смогу, - резко вставая, я захлопываю крышку ноутбука. - Через двадцать минут.
Когда я оказываюсь за рулем Яго, руки все еще немного подрагивают. Каждый день я просыпаюсь с мыслью о хороших новостях. Что именно тогда, когда я совсем этого не ожидаю(а это бывает крайне редко) раздастся вот такой звонок и на том конце провода скажут «Поздравляю, ваша девушка очнулась.
Можете приезжать». Правда сдается мне, что этот звонок был совсем не об этом. О чем именно хочет переговорить заведующий отделением я не имею ни малейшего понятия, но о плохом запрещаю себе думать в любом случае. У Ярославы нет других вариантов, кроме как очнуться полностью здоровой. В этом я себя убедил.
На вопрос, где могу найти Дмитрия Олеговича, санитарка неожиданно покидает свой пост и провожает меня к нему в кабинет.
За три недели ежедневного больничного паломничества я не удостоился этой чести ни разу, что немного настораживает. Усилием воли отпихиваю от себя любую негативную мысль. Даже если не сегодня, рано или поздно она проснется здоровой. По-другому не может быть. Точка.
-Проходите, - мельком на меня взглянув, заведующий вновь углубляется в разложенные перед ним бумаги.
Мне ничего не остается, кроме как занять стоящий возле стены стул.
Впрочем, долго ждать не приходится. Уже минут через десять он снимает свои до странности громоздкие очки и, тщательно помассировав переносицу, сосредотачивает все свое внимание на мне.
-Я вас пригласил, потому что решил, что пришло время обсудить состояние Ярославы. У нас было довольно длительное окно для наблюдения его в динамике, и на сегодняшний день я вынужден честно признать, что позитивных подвижек нет.
Тут он поднимает руку, будто хочет заранее пресечь любые мои возражения, хотя возражать я и не собирался.
В голове громко барабанит спасительная фраза, призванная перечеркнуть любую паршивую новость из тех, которые мужик напротив собирается преподнести. Рано или поздно она очнется здоровой. По-другому не может быть.
-Я говорю это не для того, чтобы вы отчаивались и потеряли надежду, а потому что считаю необходимым заранее подготовить семью пациентов к возможному негативному исходу, - не затыкается он.
