Бегом в свой кабинет. Звоню. Трубку берет Олежик.
– Мама, я не хочу есть холодные котлеты!
– Надо подогреть. Тема должен был поставить лоточек в микроволновку…
– А там грязно.
– Почему грязно?
– Из-за яиц.
– Каких яиц?
– Что взрывались. Сильно! Мы их складывали, нажимали «пуск», и они потом взрывались. На самолете тоже есть «пуск»?
– Есть, сыночек. Все яйца взорвали? (два десятка имелось).
– Все. И еще банку, на которой рыба нарисована. Она сверкала! Как салют! А потом все выключилось.
– Нельзя в микроволновку металлическое! Не подходите к ней! Она сгорела.
Вдруг током ударит.
– А та, что жужжит и крутится, тоже ударить может?
– Что жужжит, что крутится?
– Я не знаю, как называется, где ты молочный коктейль делаешь.
Они запустили кухонный комбайн!
– Что вы туда положили?
– Разное.
– Точнее!
– Из холодильника всякое. Колбасу и другие помидоры. Получилась гадость, я не хочу это есть, и она упала.
– Куда упала?
– На пол. Крутилась, крутилась и упала. Я не буду с пола есть!
– Олежик, позови брата!
– Он в туалете.
Понятно: спрятался, дезертировал.
– Сыночек, слушай меня внимательно! Подойди к стеночке, где стоят микроволновка и другие аппараты. Видишь, длинная розетка, в нее четыре вилки воткнуты? Все выдерни! Давай, маленький! Выдергивай и говори мне: первая, вторая…
– Первая, вторая, третья… никак. Последняя плотно сидит.
– Плотно, – автоматически поправила я. – Хорошо. Куда она идет?
– В стенку.
– Я имею в виду, куда шнур от этой вилки прикреплен?
– Что такое шнур?
– Провод, веревочка.
От розетки тянется. Куда сыночек?
– К штуке, где папа грелки делает.
Гренки. Тостер. В него можно засунуть бумагу, и пожар обеспечен! Ну почему нам не пришло в голову обесточить квартиру? Ведь жили люди раньше без электричества!
В кабинет заглянула секретарь главного:
– Лариса Георгиевна! Все уже собрались.
– Иду, иду! Олег? Ты меня слышишь?
– Слышу.
– Маленький, позавтракайте холодными котлетами и пюре. Как полярники.
– Кто такие полярники?
– Полярники.
Очень мужественные люди. Они идут туда, где вечная мерзлота и стужа. Им приходится кушать холодное.
– Что такое стужа?
– То же самое, что холод, – на бегу говорила я.
– Тогда зачем разные слова? – разумно спросил сын.
– Потом объясню, дома. Целую! Еще позвоню.
Сдача большого заказа на электрификацию строящейся фабрики продолжилась. Мои мысли и тревоги были дома, с детьми, поэтому все происходящее я видела в неожиданном ракурсе.
