Во-первых, его окружали карнизы намерзшего льда, мешавшие продвижению, а маршрутные крюки и канаты обледенели, да и выглядели так, будто последний раз ими пользовались лет десять назад, хотя Динамит утверждал, что копье Фроста не более чем кварталом ранее побывало здесь. Во-вторых, мешал пронизывающий ветер, а лицо начал покусывать мороз. А в-третьих, мы находились уже настолько высоко, что от одного взгляда вниз становилось попросту дурно. Когда я видел эту горную гряду со стороны Моря Трав, не мог даже предположить, что придется животом пощупать все неровности одной из ее вершин!
Тем не менее мы сделали это.
Не одному мне было тяжело – вся группа изрядно устала. На заснеженной вершине ветер прямо в лицо швырял пригоршни колючего снега, поэтому, как только мы нашли более-менее защищенное место между скал, Динамит приказал разбить лагерь и устроить дневной привал.
– Поздравляю с первым восхождением, Сигурд, – сдержанно похвалил он меня. – Ты молодец, ловкий как белка, высоты не боишься. Перед тобой у нас был такой Москит…
Грохот сдержанно хохотнул.
– Тоже в горы послали. Первый карниз его кое-как еще протащили, а потом все, встал колом, стоит, трясется – хочу вниз, и все. Обделался, короче.
– И что?
– Ну чего, не возвращаться же всем из-за него? Оставили его нас ждать между Великаном и Развалом, ну, там, где мы речку переходили. Оружие ему оставили, припасы на день… Хотели забрать на обратном пути. Назад пошли – а его там и нету. Так и пропал, до сих пор не знаем, то ли вараны сожрали, то ли карх утащил…
– Что, и следов никаких? – переспросил я, по лукавому прищуру Динамита и хмыканью Грохота понимая, что тут что-то нечисто.
– Никаких вообще. Эх и влетело нам тогда от Вероники… – вздохнул Дмитрий. – Да, парни?
– А в списках колонии числится Москит, – усмехнулся я, – на фермах работает. Воскрес, видно, на днях, а ты и не в курсе, командир.
– Эх, не прокатило. А вы что не помогли, уши развесили? – вздохнул Дмитрий, укоризненно глядя на смеющихся парней. – Кто ж еще вас веселить будет, если я замолчу? Как котята несмышленые, ей-богу.
Давайте-ка перекусим хорошенько и за работу. А то, боюсь, до вечера не управимся, а я назавтра еще поохотиться хотел."
"Гора, на которую мы взошли, была усеяна пещерами и покрыта снежными заносами. Чуть выше начинался обширный ледник, толстый слой растрескавшегося льда наползал оттуда, образуя настоящий лабиринт торосов. Над ними кружилась метель, очертания тонули в снежной круговерти.
