Хорошее настроение не было испорчено даже известием о том, что горничные, прочищавшие камин в её спальне, случайно уронили в ведро с золой подаренную Морвенисой расчёску, да и выкинули её вместе с другим мусором. Лантиль просто забрала свой старый гребень, которым её до сих вычесывала няня, стоило девушке остаться у той на ночь. И даже рискнула вернуться в свою спальню, хоть и побаивалась продолжения страшного сна.
Но тревожные ожидания не оправдались, утро пятого дня было таким же ясным и солнечным, не омраченным неприятными сновидениями.
Лишь полученное за завтраком письмо из дворца немного смазало радостный настрой. Лойр Арвендус извещал, что собирается заглянуть после обеда с визитом.
Однако вторая встреча с уже знакомым немного мужчиной не так взволновала, привычное пугает не так сильно. И встревоженно вглядывавшийся в лицо племянницы лойр Олвенус тоже успокоился, понадеявшись на более благополучный исход новой встречи с будущим родственником.
Тот прибыл на этот раз один, без сопровождения товарищей или кого-то из королевской свиты, а потому и общение складывалось куда проще и приятнее. Скованные сперва условностями, положенными фразами и прочими любезностями, мужчины понемногу разговорились.
Темой стал южный сосед. Стоило Арвендусу упомянуть про возрождающиеся в Вилиссии кровавые жертвоприношения, как лойр Олвенус не удержался от экскурса в историю и даже некоторых подробностей. Лантиль едва не вздрогнула, услышав про возобновившиеся ужасы.
Она почти решилась покинуть мужчин, но ограничилась лишь небольшой отлучкой, чтобы попросить экономку организовать чаепитие в малой гостиной, где и расположились хозяева с гостем.
Расставались дядюшка и генерал уже вполне по-родственному, проникнувшись уважением друг к другу. Да и Тиль, успевшая рассмотреть жениха в более спокойной и дружеской обстановке, уже не так боялась мужчину, она даже улыбнулась ему на прощание совершенно искренне, не вымучивая из себя положенное по этикету выражение лица.
Дядюшка же, получивший подтверждение первоначальных планов, касающихся его особы, остающейся на прежнем месте, пусть и с потерей статуса опекуна после предстоящей свадьбы, и вовсе проникся дружеским расположением к боевому генералу, оказавшемуся еще и приятным собеседником.
И третий участник той встречи возвращался во дворец в прекрасном настроении.
