Без боли и крови.
Дети продолжают играть со своими щенками.
Что они находят в этих вертлявых болонках? Или как там эта порода называется? Да похуй. Надо им показать нормальных псов. Волкодавов.
Вика стоит возле стола. В стороне от мелкоты.
Блядь, что с ней? На расстоянии напряг ощущаю. И что это у нее за коробка в руках? Массивная. Пластиковая.
Она отставляет ее на стол и оглядывается по сторонам.
— Марат, ты куда? — ударяет мне в спину голос брата.
Мчу вперед. Вниз по лестнице. Туда, к ней.
Нутром чую, как сгущается темнота вокруг.
29
Дети увлекаются игрой со щенками, и я отхожу от них. Тяжело скрывать свои эмоции. Хоть и стараюсь выглядеть спокойной, мне кажется, они все равно чувствуют мое настоящее настроение.
Тревогу погасить невозможно. Рядом постоянно находится главный источник. Марат. К счастью, мы практически не общаемся. Он держится на расстоянии. Но проблемы никуда не исчезают. Ничего не решается.
Этот мужчина не готов меня отпустит. Никогда не будет готов. А я… не готова выполнить то, что требует Хаген.
Взгляд падает на ярко-красную пластиковую коробку, которая стоит на столе. Готова поспорить, еще недавно ее здесь не было. Она явно выбивается из общего интерьера. Невольно оглядываюсь по сторонам и подхожу ближе.
— Откуда взялась эта коробка? — спрашиваю у горничной, которая оказывается неподалеку.
— Не знаю, госпожа, — рассеянно отвечает женщина.
— Разве не вы ее принесли?
— Нет, госпожа, не я.
Массивная коробка. Такую нельзя пронести, чтобы никто не заметил.
Может, у меня разыгралась паранойя, но внутри поднимается настолько сильная тревога, что мои пальцы мелко подрагивают от напряжения.
Накрываю пластиковую поверхность ладонью и тут же отдергиваю руку. Такое чувство, будто внутри лед. Коробка до жути холодная.
Замечаю, что сбоку прикреплен конверт. Он не сразу бросается в глаза из-за цвета. У него тот же оттенок, что и у самой коробки. Беру конверт и открываю, извлекаю оттуда письмо. Бумага чуть желтоватая, стилизована под старину, а вот шрифт выглядит так, точно прописные строки выводили кровью.
Оторопь берет от одного взгляда на это послание. Больше не возникает сомнения, кто именно мог это отправить.
“Моя дорогая Вика,
Приглашаю тебя на ежегодный бал-маскарад, который состоится в Нордкапе, в моей главной резиденции. Не советую тешить себя иллюзией того, что ты способна дать отказ в ответ на столь щедрое предложение. Но я сам властен освободить тебя от посещения. При одном очевидном условии.
