Именно в бою меня и накрывало чаще всего. Я мог истекать кровью, а все равно не отступал и не вырубался, продолжал поединок.
Но такое бывало и с Викой. Дважды.
Первый раз в оружейной комнате. Мне был по вкусу жесткий секс. Когда я кого-то ебал, то не церемонился. Но там — другое. Не просто жестко. Безжалостно. Запредельно. И я не реагировал ни на ее слезы, ни на мольбы. Меня ничего не цепляло.
Зверь почуял кровь — и оторвался. По-настоящему.
Второй раз случился, когда мне пришлось сделать ее рабыней на глазах у своей родни.
Отец загнал в тупик. Тогда ослушаться его было немыслимо.
Четкая иерархия. Строгие порядки.
Это сейчас все наши традиции выглядят для меня бредовыми. Это сейчас я бы отправил отца в пекло и не сомневался ни секунды.
Тогда я был слабаком.
Да, блять. Держал в страхе город. Сука, целую страну. И не одну. Но перед своим отцом я все равно был послушным сыном.
Я ему верил. Почитал наш род, наши ебучие традиции.
Все рухнуло уже потом. Сначала одна трещина, потом вторая, третья… А потом рвануло по полной.
Все запреты нахуй разнесло.
Прежний я не мог поступить иначе.
Подчинился. Наступил себе на горло.
И опять на арену вырвался зверь. Упивался моментом. Брал свое, будто мира вокруг не существует. Будто никто за нами не наблюдает. Будто вообще нигде никого нет.
Только я и она. Посреди темноты.
Помню, как меня тогда унесло. Все происходило в одном из наших бизнес-центров, посреди дня. Солнце отлично освещало огромный конференц-зал, где я назначил церемонию.
Щелчок — я точно провалился.
В ушах раздавались мерные удары барабанов. Перед глазами пылало яркое пламя костра, а вокруг царила сплошная чернота. Все казалось таким реальным.
Я шумно втягивал запах горящих поленьев. Четко различал гулкий бой совсем рядом. Может это гонг? Как на Севере, в горах. Там каждую ночь раздавалась очень похожая мелодия. Древняя. Мощная. Она пробиралась до самого нутра.
Хищник брал свое сполна."
"Уже потом я очнулся и пожалел. Откат наступил. Меня дико злило то, что я как будто со всеми поделился своей Викой.
Все видели нас. Все наблюдали, как я брал ее.
Проклятый ритуал.
Но зверю внутри меня нравилось.
Животные так и поступают. Самец помечает свою самку при всех. Показывает силу и власть.
Теперь многое открывалось под другим углом. Вся эта хуета с берсерками казалась бредом. Но факты я не мог не игнорировать.
Мои приступы становились мощнее. Пробирали острее. Теория выстраивалась по фрагментам.
