– Она вызывающе приподняла бровь.
Мои глаза расширились так сильно, что я удивилась, как они не скатились на пол. На что именно она намекала?
– Если тебе есть что сказать, лучше произнеси это вслух.
– Я только что это сделала. Ты так яростно отрицаешь очевидное, что просто отказываешься слушать.
– Так разложи мне все по полочкам, – весело улыбнулась я, игнорируя ее язвительность. – И используй простые слова. В конце концов, румынский – мой родной язык.
Для вампира.
Хотя это была ее шутка, смысл пролетел над пустой головой Арабеллы, как воздушный змей.
Я видела это по отсутствующему, как у куклы Барби, выражению ее симпатичного личика.
– Я сплю с твоим отцом.
Я стояла там, как идиотка, чувствуя, как раздуваются мои ноздри. Жалость к себе поглотила меня, и самая глупая мысль пришла мне в голову. Почему в мой день рождения?
Действительно, почему? Почему я узнала об этом в свой день рождения? Почему здесь, в том месте, где я выросла? Почему своего отца, на которого равнялась, я поставила на пьедестал и относилась к нему, как к богу? Стоило ли удивляться, что меня так тянуло к Вону Спенсеру? Может, в моей ДНК было заложено слепо влюбляться в тех, кто причиняет мне боль.
Арабелла подошла ко мне с важным видом, взяла прядь моих светлых волос и принялась рассматривать ее между пальцами.
– Господи, Ленни, разве твой парень, Вон, не говорил тебе, что поймал меня, когда я выскользнула из спальни твоего отца?
Что?
Я втянула в себя воздух, но промолчала.
Она пожала плечами и хмыкнула.
– Думаю, на повестке дня мало разговоров, когда его член весь вечер у тебя во рту.
Я убью… нет, уничтожу его.
Мой разум кричал снова и снова: расплата, расплата, расплата.
Но того, что я запланировала для него, было и близко недостаточно.
Я сглотнула, все еще взвешивая свои следующие слова. Она надулась, ее рука переместилась с моих волос на воротник моей толстовки.
– Мне так жаль. – Она мелодраматично вздохнула. – Я была уверена, что он, по крайней мере, предупредит тебя. Думаю, ты действительно просто очередная сезонная дыра, дорогая.
– Ты злишься, – прохрипела я, мой голос был слишком хриплым, чтобы его можно было узнать, – что он не с тобой.
Она сморщила нос, как будто я сказала что-то грубое.
– Ты думаешь, я хотела приехать сюда из-за Спенсера? Он всего лишь ребенок и настоящий социопат. Теперь мне нужен твой отец, это совсем другая игра. На самом деле наши отношения становятся довольно серьезными, так что, возможно, ты захочешь быть со мной повежливее.
