Если бы у меня имелось сердце, то оно наверняка выдавало бы двести ударов в минуту. Пролетел по коридору, чтобы миновать стены — не люблю через них. Точно! Он в моей комнате! И что-то странное там… Я насторожился. Толи стоны, толи чье-то повизгивание.
Я прошел сквозь дверь и…
Охренел! То, что я увидел дальше, сразу не помещалось в мои мозги. Да, их не было. В общем не помещалось туда, чем я думал! От представшего передо мной натюрморта, я просто заорал благим матом!
Сусел, спустив брюки, трахал мою Леночку! Трахал нагло, поставив ее раком у края кровати! Госпожа Вяземская нервно вздрагивала всем телом и вскрикивала от каждого его толчка.
О, боги! Он ее не просто трахал, а имел в попу! Реально, вероломно, прямо в нежную, ни разу не тронутую прежде задницу! На кровати рядом валялась открытая баночка с надписью «Вазелин».
Я заорал еще раз, понимая, что мой крик отчаяния, они оба не слышат, я закрыл лицо руками. Решение созрело вмиг. Со всем возмущением, жутким негодованием я начал уплотнять руки, делая основной упор на кулаки.
Потом подлетел к нему и зарядил со всей силы по его скотскому еб…лу! Увы, из тонкого плана, сила удара оказалась так незначительна, что у него не дернулась даже голова. Он отмахнулся от меня, словно от назойливой мухи. А потом произошла крайне неприятная штука: этот мудень вытянул правую руку в моем направлении и долбанул «Приветом от Теслы».
Не знаю, каким образом разряд проник на тонкий план, но меня шибануло так, что я просто стек на пол. Да, странным образом в моя невесомая сущность обрела какой-то вес.
Я лежал на коврике, трясясь и пуская во все стороны искры. Слышал, как Леночкины стоны, превратились в громкие вскрики, тут же сусел заворчал, притягивая несчастную мученицу к себе. И видимо кончил в ее сладкую попку. Потом встал и натянул штаны с показной небрежностью. Зыркнул на меня и сказал… Беззвучно сказал!
— Иди за мной, дебил!
Вот тут до меня дошло: в сусле был Весериус!
И Леночке магистр тоже не оставил без внимания — сказал ей:
— Моя зайка, как же с тобой хорошо.
Женился бы, если б мог! Я сейчас схожу в туалет. Что-то живот крутит. Ты пока здесь полежи, отдохни. У нас сегодня будет интересная ночь.
— Да, Александр Петрович. Пожалуйста, не долго. Боюсь здесь быть одна, — простонала она, свернувшись калачиком и уткнувшись в подушку.
Я не сразу смог отлипнуть от пола. Как только это удалось, полетел в ванную, волоча вялые конечности по ковровой дорожке и по-прежнему ощущая тяжесть необычную для тонкого плана.
